АВТОМОБИЛИ ЗАСТОЯ (середина 1970-х гг. – декабрь 1991 г.)

АВТОМОБИЛИ ЗАСТОЯ

(середина 1970-х гг. – декабрь 1991 г.)

К середине 1970-х годов Советскому Союзу стало невмоготу одному на равных состязаться сразу с несколькими ведущими индустриальными державами Земного шара в военной области, и в частности в сфере создания новой армейской автотехники. Положение усугубляли застойные течения в отечественной экономике и новые западные санкции, перекрывавшие доступ к передовым технологиям. Создававшийся c огромным трудом мощнейший советский ВПК и входивший в него военно-автомобильный комплекс постепенно затягивало в зыбкое болото посредственности, зато к годам застоя относятся самые крупные объемы выпуска военных автомобилей. Однако если еще десяток лет назад они олицетворяли высший технический уровень, то теперь являлись лишь несущественно модернизированными версиями машин, давно поставленных на конвейер. Расхолаживающее влияние производили также наступившие с застоем спокойные мирные времена, постоянные и крупные заказы Советской Армии и братских стран, а также иллюзорный стереотип «Союза нерушимого республик свободных», которого никто не мог ни расколоть, ни побороть.

В застойные времена основные советские поставщики военной автотехники продолжали спокойно выпускать свои давно отработанные и востребованные грузовики ГАЗ-66 и ЗИЛ-131, а также прежние чуть модернизированные джипы, переименованные в УАЗ-3151. Несмотря на очередные трудности, советской автомобильной промышленности в те годы удалось расширить процесс дизелизации парка военных грузовиков, из которых главной новинкой стал армейский «Урал-4320», тоже базировавшийся на предыдущей бензиновой машине. Чуть позже на новом Камском автозаводе развернулось серийное изготовление принципиально новой бескапотной машины КамАЗ-4310, но до широкого насыщения Советской Армии дизельными грузовиками дело не дошло. С первых послевоенных лет политическое и военное руководство СССР постоянно поддерживало перспективные разработки новых армейских машин, которые проводились на всех крупных автозаводах. С началом перестройки все в корне поменялось: средств на них больше не выделяли, и к началу 1990-х все они завершились ничем. К тому времени в стране развернулись экономические реформы, усугубленные тотальным разоружением и сопровождавшиеся разрушительной конверсией, набросившей удавку на шею всего советского ВПК и военно-автомобильного комплекса в частности, который был практически полностью лишен отечественных и иностранных военных заказов. Под мощным натиском этих процессов не устояло даже хорошо финансировавшееся производство секретных многоосных машин и ряда носителей баллистических ракетных комплексов, отправленных в буквальном смысле под нож. В начале 1990-х годов многие гражданские автомобильные заводы и специализированные военные предприятия были приватизированы, а многие СКБ распущены, утратив свои ценные кадры, боевой потенциал и переключившись на более простые и ходовые товары под лозунгом «кастрюльки вместо ракет».

К моменту подписания в декабре 1991 года Беловежского соглашения все советские изготовители военной автотехники уже влачили нищенское существование и оказались на грани банкротства и ликвидации, что находило немедленное отражение на снабжении Советской Армии и на ее моральном духе. После распада великая Страна Советов оставила в наследство новой демократической России полуразоренные предприятия ВПК и автозаводы, расформированные военные институты и конструкторские бюро, деградировавшую армию и новых независимых соседей, превратившихся в яростную оппозицию. О былом советском лидерстве в военной области новое руководство России предпочитало больше не вспоминать.