Расплавленное небо Вьетнама

Расплавленное небо Вьетнама

Продолжение, начало в ИА N24-6/2001 и № 1–2/2001.

Борьба за небо

В то время как в Южном Вьетнаме действия авиации в огромной степени способствовали разгрому партизанских формирований, реально являвшимися соединениями регулярных войск ДРВ, в небе над Северным Вьетнамом обстановка оставалась сложной. Продолжавшаяся почти два года операция «Роллинг Тандер» (Rolling Thunder) в сущности, представляла собой, как отмечалось в официальных американских документах, нескончаемую серию «взвешенных и ограниченных воздушных рейдов по выборочным целям на территории ДРВ». Поначалу зона действия авиации располагались не выше 19-й параллели, а в списке целей насчитывалось всего лишь 94 объекта, основная масса которых не являлась жизненно важной для ДРВ. К середине 1965 г., в связи с резкой активизацией повстанцев в Южном Вьетнаме, разграничительную линию сдвинули к северу до 20° 33’, соответственно и список целей теперь включал 236 объектов. Это в свою очередь заставило увеличить количество боевых вылетов с 200 до 900 в неделю.

При этом, анализируя результаты налётов за 1965 г., американские системные аналитики уверяли министра обороны МакНамару в нерентабельности всей программы, которая, по их мнению, попросту экономически не оправдывает затраченных средств. «Вундеркинды», получившие образование в престижных университетах так называемой «Лиги Плюща» (Ivy League) 1*, указывали, что, по их оценкам, в 1965 г. Северному Вьетнаму был нанесён ущерб в размере всего 70 млн. долл., на что США потратили в 6,5 раз больше — 460 млн. долл.!

В связи с этим, «голуби», как стали называть основную массу представителей президентской администрации в Пентагоне, считали, что бомбёжки объектов к северу от ДМЗ надо вообще прекратить. Высказавший это предложение президенту Джонсону министр обороны МакНамара, довольно быстро убедил своего патрона, «дать Ханою ещё один шанс отказаться от поддержки повстанцев или существенно её сократить». Одновременно, предполагалось продемонстрировать мировому сообществу, что США заинтересованы в возобновлении переговоров. Если же Ханой проигнорирует этот «пас», то у Америки появится повод не только возобновить, но и ужесточить налёты.

В конечном итоге эта идея президенту Джонсону понравилась, и 24 декабря 1965 г. бомбардировочные удары по объектам ДРВ были практически полностью прекращены. Последствия этого шага американские и южновьетнамские военные ощутили очень быстро: потери авиации на фоне резкого уменьшения количества боевых вылетов в воздушном пространстве Северного Вьетнама почти не сократились! Так, если в декабре 65-го над Северным Вьетнамом США недосчитались 12 летательных аппаратов 2*, то в январе 66-го квота потерь составила 11 машин 3*. В относительных же величинах рост потерь был очевиден.

Однако главным было то, что на юг хлынул буквально поток пополнения, техники и предметов снабжения! Уже через три дня, 27 декабря 1965 г., генерал Вестморленд отправил в Объединённый комитет начальников штабов требование о немедленном возобновлении налётов. Это мнение поддержал американский посол в Сайгоне Генри К.Лодж, а также главнокомандующий американскими вооружёнными силами в зоне Тихого океана адмирал Шарп, штаб которого и отвечал за реализацию операции «Роллинг Тандер».

В результате, в Белом Доме, на Капитолийском холме и в Пентагоне между «гражданскими штафирками» и «медными касками», увенчанными генеральскими звездами вспыхнули острые дискуссии о целях и методах продолжения войны в Юго-Восточной Азии. Что касается Ханоя, то там наблюдали за этими «баталиями», ежедневно отражавшимися в американских газетах, с чисто академическим интересом. И это понятно: цель была поставлена абсолютно точно (объединение всей страны), совершенно чётко был сформулирован и способ её достижения на данном этапе — партизанская война на истощение. Трудно сказать, понял ли это президент США Джонсон, но31 января 1966 г. он отдал приказ возобновить налёты по плану операции «Роллинг Тандер».

Надо сказать, что принцип «дозированного применения силы», проповедуемый администрацией Белого Дома, доставшейся президенту Джонсону в наследство от Кеннеди, приводил к тому, что ПВО ДРВ получила поистине бесценную возможность учиться в боевых условиях. В течение 1965 г. из прошедших обучение в Советском Союзе лётчиков был сформирован 923-й истребительный авиаполк, ставший вторым в составе ВВС ДРВ. Как и 921 — й ИАП он получил на вооружение различные модификации советских дозвуковых истребителей МиГ-17 и его китайской копии J-5.

Главная задача пилотов «МиГов» на этом этапе войны заключалась в прикрытии транспортной инфраструктуры южных провинций страны от американских авиаударов. Ретроспективно оценивая сложившуюся на тот момент обстановку и возможности техники противоборствующих сторон надо отметить, что поставленная задача была непосильной для истребительных частей ДРВ. Действительно, несмотря на довольно заметное расширение аэродромной сети, количество авиабаз, которые северовьетнамские истребители могли использовать, оставалось довольно небольшим. Большая часть из них была известна американскому командованию, регулярно организовывавшему налёты на те из них, которые находились в южных провинциях страны. К тому же из-за горного рельефа, превалирующего в этом регионе, их можно было пересчитать по пальцам одной руки, а потому почти сразу же после возобновления американцами авианалётов они были практически выведены из строя, что заставило командование ВВС ДРВ оттянуть истребители на север.

Это заставило пилотов «МиГов» использовать ПТБ, но время патрулирования в зоне всё равно существенно сократилось, а поднимаемые по вызову истребители часто прибывали в район, подвергшийся авиаудару, «к шапочному разбору», когда «янки» уже были далеко. Впрочем, даже находясь в районе объектов, подвергшихся бомбёжке, северовьетнамские лётчики далеко не всегда могли встретиться с противником, так как появившиеся у американцев самолёты РЭБ «Уайл Уизл» весьма эффективно подавляли работу наземных РЛС, что заставляло расчёты последних включать свои станции лишь на короткое время, быстро сообщать воздушную обстановку (дальность, высоту и пеленг на цель), после чего тут же выключать радар. В этих условиях точное наведение становилось практически невозможным. Появление у северовьетнамцев ЗРК С-75 вынудило американцев перейти к ударам с малых высот, что в свою очередь, серьёзно затруднило работу постов ВНОС.

Первоначально ожидалось, что развёрнутая сеть последних сможет оказать большую помощь, но призванные в ополчение необученные вчерашние школьники практически не различали силуэты крылатых машин, проносящихся с рёвом буквально над их головами, а потому сообщали лишь о появлении «каких-то самолётов». Справедливости ради надо отметить, что пока «янки» летали крупными группами на больших и средних высотах эта система работала вполне удовлетворительно. Однако в изменившихся условиях её эффективность значительно снизилась. Ко всему прочему, поскольку «МиГи» старались находиться ниже противника, истребители которого обладали мощными БРЛС, засекавшими воздушные цели в свободном пространстве на расстоянии нескольких десятков километров, то и «обнаруживали» их посты ВНОС гораздо быстрее и чаще. В результате на командные пункты поступали сообщения о появлении своих же самолётов, которые выдавались за вражеские, после чего эта информация (если позволяла помеховая обстановка) сообщалась пилотам, и те начинали гоняться за самими собой(!), бесцельно сжигая топливо и моторесурс.

Конечно, вьетнамцы имели небольшое количество перехватчиков МиГ-17ПФ и J-5A с БРЛС «Изумруд» 4*, но её возможности не шли ни в какое сравнение с характеристиками мощного радара AN/APQ-120, стоявшего на американском F-4. Последний к тому же был двухместным, а лишняя пара глаз в боевой обстановке никогда не бывает лишней. Указанные обстоятельства привели к тому, что лётчикам приходилось больше рассчитывать на остроту своего зрения, что же касается результативности воздушных боёв, то в относительных величинах она в первой половине 1966 г. существенно снизилась по сравнению с 1965- м, когда в распоряжении ВВС ДРВ имелся только 921-й истребительный авиаполк.

1* Под таким названием фигурируют наиболее престижные американские высшие учебные заведения: университеты в Гарварде, Йеле, Колумбии и Принстоне, чьи главные корпуса увиты плющом.

2* В декабре 1965 г. боевые потери американской авиации над ДРВ составили пять «Фантомов», три «Виджелента», два «Скайхока», а также по одному «Тандерчифу» и беспилотному разведчику AQM-34. За исключением последнего все остальные были уничтожены огнём зенитной артиллерии и ЗРК.

3* В январе 1966 г. боевые потери американской авиации над ДРВ составили четыре «Скайхока», два «Тандерчифа» и по одному «Фантому», «Вуду», «Скайрейдеру», спасательному вертолёту S-2 и беспилотному разведчику AQM-34. За исключением последнего все остальные были уничтожены огнём зенитной артиллерии и ЗРК.

4* Судя по всему, перехватчиков МиГ-17ПФ в составе ВВС ДРВ имелось не более десятка, так как бортовые номера самолётов, запечатлённых на весьма немногочисленных фотографиях, укладываются в диапазон чисел от 4720 до 4729.

Капитан Лам Ван Лич из состава 921-го истребительного авиаполка в ночь на 3 февраля 1966 г. смог повредить два — Интрудера» из состава эскадрильи Корпуса Морской Пехоты VMA(AW)- 553. Внизу на фото запечатлён его перехватчик МиГ-17ПФ (борт. № 4721).

В ночь на 3 февраля 1966 г. командование 921-го ИАП записало первые победы в новой кампании, сообщив, что над районом Чо Бинь капитану Лам Ван Личу, пилотировавшему один из немногочисленных МиГ-17ПФ, удалось перехватить два поршневых штурмовика А-1. При этом было отмечено, что оба американских самолёта были сбиты и упали в провинции Хоа Бинь у населённого пункта Чо Бин.

Надо сказать, что американцы не признали потери самолётов указанного типа в ту ночь. Северовьетнамцы со своей стороны продемонстрировали весьма убедительные доказательства своего успеха, показав журналистам найденные в указанном районе обломки штурмовиков. Возможно, один из них был сбит несколькими днями ранее, а в ту ночь объектами нападения старшего лейтенанта Лам Ван Лича оказались, по всей видимости, два «Итрудера» из состава эскадрильи Корпуса Морской Пехоты VMA(AW)- 553. Оба А-6А получили повреждения от попаданий 23-мм снарядов (на долю одного пришлись два, а на долю другого — три), выпущенных северовьетнамским лётчиком, но смогли благополучно приземлиться на своей авиабазе Чу Лай.

В тот же день северовьетнамские зенитчики сбили флотский разведчик RA-5C из состава RVAN-13, экипаж которого попал в плен. Однако не эта машина возглавила список летательных аппаратов, сбитых над ДРВ в феврале. Первого числа командование авиации Корпуса Морской Пехоты отправило заправщик KC-130F на выручку RF-8A из состава VPF-63, повреждёному зенитным огнём. Экипаж четырёхмоторного самолёта опромётчиво приблизился на 35 км к побережью, превратившись в учебную цель для находившейся в полной боевой готовности ПВО ДРВ. «Крестоносцу-фотографу» на последних каплях керосина всё же удалось дотянуть до своего авианосца, а вот для экипажа «Геркулеса»-«наливника» всё закончилось очень печально: прямое попадание советской ракеты В-750 вызвало гиганский взрыв над Тонкинским заливом…

В целом же февраль оказался для американцев не слишком тяжёлым месяцем: авиация флота и ВВС потеряли от зенитного огня и действий ЗРК по одному «Фантому» и три «Скайхока». Кроме того, ВВС недосчитались постановщика помех ЕВ-66 и двух беспилотных разведчиков AQM-34, сбитых китайскими истребителями J-6.

Вопреки устоявшемуся мнению, начавшие поступать на вооружение ВВС ДРВ сверхзвуковые истребители МиГ-21 далеко не сразу проявили свои боевые качества. Недостатки системы вооружения этого самолёта и. в первую очередь, отсутствие полноценных управляемых ракет класса «воздух-воздух» и ограниченный потенциал встроенного пушечного вооружения, представленного всего одной 30-мм автоматической пушкой НР-30 с 30 снарядами, серьёзно сдерживали ввод в бой этих машин в составе 921-го истребительного авиаполка.

МиГ-17Ф лейтенанта Нго Дук Мая из состава 923-го ИАП, который 4 марта 1966 г. сбил F-4 при отражении налёта на авиабазу 921-го авиаполка Ной Бай.

Между тем, хотя официально объявленная Вашингтоном зона бомбардировок находилась существенно южнее Ханоя, упорство лидеров ДРВ привело к тому, что в штабе Главнокомандования американскими войсками в районе Тихого океана решили проявить инициативу, посчитав, что в конечном итоге победителей не судят. С санкции адмирала Шарпа оперативный отдел запланировал ряд рейдов в район северовьетнамской столицы, с целью разгрома находившихся вокруг города и нанесения ударов по транспортной инфраструктуре приграничных с Китаем провинций. Прекрасно понимавшим, что основная помощь поступает из СССР морским путём через Хайфон, американским морским офицерам очень хотелось ударить по порту. Однако, эта акция могла вызвать непредсказуемый резонанс на меж дународной арене, так как в результате налёта вполне могло быть уничтожено советское судно. Последствия такого события в Госдепартаменте и Пентагоне расценивали, как однозначно катастрофические и потому в ходе обсуждения целей предстоящих рейдов в узком кругу предпочли не рисковать.

Ночью 4 марта с целью доразведки в район Ханоя был направлен беспилотный разведчик «Файрби», который около 04:00 уже подходил к столице ДРВ, однако был обнаружен РЛС разведки целей, после чего пилот МиГ-21Ф из состава 921-го ИАП старший лейтенант Нгуен Хонг Ньи получил приказ на взлёт. Спустя 19 минут после взлёта бортовая РЛС истребителя обнаружила воздушную цель. «Летающий робот» находился на удалении 15 км и шёл с превышением в 2000 м. Спустя ещё несколько минут, когда дистанция до «интеллектуальной птички» сократилась до 500 м, Нгуен Хонг Ньи открыл огонь 57-мм неуправляемыми снарядами С- 5. К счастью, манёвренные возможности американского «следопыта» были близки к нулю, чего не скажешь о его геометрических размерах, а потому добиться попаданий в него даже таким, мало подходящим средством поражения, удалось очень быстро.

Судя по всему, потеря «шпиона» никак не повлияла на планы противника и в тот же день американские самолёты пошли к назначенной цели. Около 16:00 «янки» обошли Ханой с юга, а примерно 30 минутами ранее несколько групп «Фантомов» с демонстрационными целями были направлены к южным границам ДРВ, изображая очередной налет. Поднятые по тревоге дежурные экипажи северовьетнамских истребителей, устремились к югу. При этом в системе ПВО северных провинций ДРВ тревога была объявлена с опозданием. В результате американцы, практически не встречая противодействия, дошли до Фу Тхо, после чего резко повернули на восток в направлении авиабазы Ной Бай, где базировался 921-й ИАП, командование которого не имело возможности быстро организовать противодействие. Положение спасло звено МиГ-17 из состава 923-го ИАП, ведомое Фам Тхань Чангом, взлетевшее в 15:42 с целью отработки групповой слётанности.

Для разведчиков RF-101 полеты в воздушном пространстве ДРВ оказались серьезным экзаменом.

Получив приказ атаковать заходящие на боевой курс американские самолёты, четвёрка «МиГов» увеличила скорость и пошла на перехват, постепенно набирая высоту. Операторы наземной станции наведения смогли не только вывести перехватчики на рубеж атаки, но и обеспечили внезапность: группа «Фантомов» была чуть выше и впереди, и, судя по всему, американские лётчики не подозревали о присутствии самолётов противника. Решив использовать фактор внезапности, Фам Тхань Чанг отдал приказ атаковать самостоятельно, и четыре «МиГа» разошлись каждый на свою цель. Первым открыл огонь ведущий, но, видимо, волнение (это был его первый бой в роли командира звена) помешало ему хорошо прицелиться, великоватой была и дистанция открытия огня (около 500 м). В результате, увидев пронёсшиеся рядом трассы снарядов, пилот F-4 тут же подал сигнал тревоги и, выведя двигатели на форсаж, пошёл на боевой разворот.

Ведомый командира звена Нго Дак Май, судя по всему, владел собой гораздо лучше: увидев, что строй американских самолётов рассыпается буквально на глазах, он, увеличив обороты, устремился к ближайшему «Фантому». Как ни совершенно было изделие американских самолётостроителей, но переход двигателей с крейсерского режима на полный форсаж занимал всё же довольно заметный промежуток времени. Куда больше его требовалось для разгона. К тому же пилот F-4, совершая разворот, повёл свой истребитель с набором высоты, и это так же уменьшило величину ускорения, а «Фреско» уже был рядом. С дистанции около 200 м пушки «МиГа» открыли убийственно точный огонь, ежесекундно выплёвывая по два десятка 200-граммовых 23-мм снарядов и по три — четыре значительно более мощных 750-граммовых 37-мм «огурца». В течение нескольких мгновений туша «Фантома» «поглощала» эти «гостинцы» без видимых последствий, но затем, когда дистанция между самолётами сократилась до 100 м, последовал затяжной взрыв топливных баков, оторвавший левую консоль и переломивший буквально пополам фюзеляж. После этого обломки американского истребителя беспорядочно посыпались вниз, на окружающие авиабазу Ной Бай рисовые поля…

Атака второй пары оказалась безрезультатной, а в последовавшем за тем ожесточённом 10-минутном бою успех не сопутствовал ни одной из сторон, после чего противники начали расходиться.

Впрочем, этим дело не закончилась, так как пара экипажей американских истребителей попыталась подловить «МиГи» на выходе из боя, но наземные РЛ-посты выдали предупреждение об опасности и, шедший на этот раз замыкающим Нго Дак Май дал форсаж, разворачиваясь навстречу обоим «Фантомам». Искушать судьбу «янки» не стали и, увеличив скорость, боевым разворотом вышли из боя. Однако этот выпад практически исчерпал запасы керосина в топливных баках МиГ-17 Нго Дак Мая, и, хотя ВПП Ной Бая находилась рядом, дотянуть до неё уже не было возможности. К счастью, внизу имелось хотя и изрядно разбитое бомбовыми воронками, но зато всё же асфальтированное шоссе, на которое лётчику и удалось посадить свой истребитель. Правда, уже в конце пробега истребитель попал основным колесом в выбоину и, снеся стойку, сполз в кювет. Однако повреждения оказались минимальными, и уже к вечеру машина была доставлена для ремонта в аэродромные мастерские.

На следующий день МиГи-21 из состава 921-го авиаполка сбили второй беспилотный разведчик, в тот же день очередного «беспилотника» «сняли» и китайские перехватчики J- 6. Отличились и вьетнамские зенитчики, поставившие над одним из объектов Ханоя столь плотную огневую завесу, что разгрузившийся на пологом пикировании палубный «Фантом» был уничтожен взрывом собственных 227-кг фугасных бомб Мк.82, не успев уйти от своих «гостинцев» на безопасное расстояние.

Посчитав неприемлемой в сложившихся условиях 5* стратегию «тотальной» войны и перейдя к стратегии ударов по выборочным целям, вашингтонские стратеги возложили почти непосильную ношу на разведываетльную авиацию, от лётного состава которой требовали всемерного повышения качества поставляемой информации. Однако, несмотря на быстрое совершенствование методов сбора данных, штабы, планировавшие налёты, по-прежнему ощущали информационный голод. При этом существенно увеличить группировку разведчиков на ТВД практически не представлялось возможным из-за недостаточной ёмкости немногочисленных авиабаз, буквально забитых истребителями, ударными самолётами, боевыми и вспомогательными вертолётами. Определённым выходом могла бы стать переброска к берегам Индокитая дополнительных авианосных соединений, но и этого, всилу ограниченного характера войны и напряжённой обстановки в других регионах мира, сделать было почти невозможно.

В результате немногочисленные «следопыты» гибли один за другим, а уровень потерь в разведывательных эскадрильях был самым высоким. В немалой степени этому способствовала и нехватка выделяемых на войну средств, которые «экономились» при организации прикрытия «фотографов», получавших ограниченные по количеству и возможностям наряды сил прикрытия.

Так, 7 марта расчёты северовьетнамских ЗРК сбили сразу два RF-101С из состава 18-й и 20-й тактических разведывательных эскадрилий. Сопровождавшие «Вуду» две четвёрки «Фантомов» были оттянуты парами МиГ-17 из состава 921-го ИАП, а «вынюхивавших» вьетнамские РЛС двух «диких ласок» заставили позаботится о самих себе многочисленные батареи МЗА. И хотя ни истребители, ни «Уайлд Уизлы» потерь не понесли, оба «соглядатая» были утрачены, причём пилоты групп сопровождения даже не могли даже точно сказать, где именно и когда это произошло.

Гибли и беспилотные разведчики. Из-за специфического характера радиообмена между американскими командными пунктами и «летающими роботами» вьетнамцы всегда знали о появлении этих аппаратов, что позволяло спокойно тренировать пилотов сверхзвуковых МиГ-21 в условиях реальной целевой и помеховой обстановки. Командование ВВС ДРВ и консультировавшие вьетнамских офицеров советские советники старались достаточно аккуратно вводить в бой новые перехватчики, не имевшие управляемого ракетного вооружения. 14-го 6* и 16-го числа пилоты «двухмаховых» «МиГов» записали на свои счета ещё по одному летательному аппарату этого типа, но недостаточная вероятность поражения воздушной цели НАРами заставила срочно направить во Вьетнам перехватчики, вооружённые управляемым оружием.

К тому же, как выяснилось, 57-мм снаряды С-5 при атаках воздушных целей, частенько не взрываясь рикошитируют от обшивки цели. Причём всё это фиксировалась бортовой камерой «МиГа». Предположение о том, что пилоты атакуют цель со слишком близкой дистанции и взрыватели после пусков не успевают взводится, было отметено сходу, так как по данным фотокинопулемётов, вьетнамцы прилежно выполняли рекомендации наших инструкторов. Не подтвердилось предположения и о поставке во Вьетнам бракованных боеприпасов или с просроченным сроком годности. Как выяснилось, для надёжной работы взрывателей необходимо было обстреливать и соответственно атаковать воздушную цель под ракурсом не менее чем 1/4. В противном случае, если конечно снаряды сразу не попадали в сопло двигателя, принимавшие на, себя скользящий удар округлые поверхности головных частей С-5, предохраняли от контакта ударники взрывателей снарядов, и те, благополучно встретившись с целью, улетали прочь. Однако ракурсы, большие чем 1/4, требовали значительного выноса точки прицеливания, что с учётом высоких скоростей и увеличившихся дистанций пуска делало проблематичным попадание в цель.

Пока штаб ВВС ДРВ решал проблему наиболее эффективного применения сверхзвуковых самолётов с откровенно ущербным комплексом вооружения, американцы продолжали совершать хотя и спорадические, но постепенно усиливающиеся налёты на объекты вокруг Ханоя. Как уже говорилось, появившиеся на ТВД в самом конце 1965 г. «Уайлд Уизлы» довольно быстро снизили эфективность ЗРК ПВО ДРВ, которая ещё больше упала после перехода американской авиации к действиям с малых высот. Однако переломить ход войны в воздухе в свою пользу «янки» не смогли, так как на малых высотах серьёзная угроза исходила от зенитной артиллерии, основная масса батарей которой (за исключением 14-мм и 23-мм установок) имела радиолокационное наведение. Причём, количество РЛ-постов станций орудийной наводки (СОН) было настолько значительным, что у американцы просто не могли даже в обозримом будущем(!) переоборудовать и сосредоточить на ТВД необходимое количество «охотников за радарами».

Определённый выход из создавшегося положения виделся в придании части функций самолётов РЭБ обычным ударным машинам, способным действовать при внешнем целеуказании, но на адаптацию бомбардировщиков и штурмовиков под противорадиолокационные «Стандарты» и «Шрайки» также требовалось время, а потому масштабы налётов с целью избежания напрасных потерь во второй половине марта пришлось ограничить. Квота американских потерь за вторую половину марта составила семь А-4С/Е, три F-105, столько же OV-1 А, пару F-4C, а также по одному RF-101C, EF-10B, А-1Е и спасательный вертолёт UH-34D. Кроме того, один беспилотный разведчик по «своему обыкновению забрёл» в воздушное пространство Китая, где и был уничтожен парой китайских J-6. При этом, наиболее тяжёлым днём оказалось 21 марта, когда флотская эскадрилья VA-94 потеряла пару «Скайхоков», сбитых зенитными ракетами. Не вернулся обратно и отправленный на выручку пилотам спасательный вертолёт UH-34D. В том же районе навсегда остался и RF-101C из состава 45-й эскадрильи тактических разведчиков.

Некоторое улучшение погоды в апреле и прибытие новых самолётов РЭБ, позволило существенно активизировать воздушную войну над Северным Вьетнамом. Вьетнамцы так же наращивали боевой потенциал своей ПВО, а потому вряд ли стоит удивляться тому факту, что первым сбитым в апреле американским самолётом был снова RF-101C из состава 45-й эскадрильи тактических разведчиков. 6-го числа не повезло флотской эскадрилье VA-212: в ходе штурмовки один из её «Скайхоков» был уничтожен преждевременным взрывом собственных НАРов, а другой, повреждённый зенитным огнём, хотя и дотянул до авианосца, но при посадке разбился. Следующим в списке был RF-8A из состава VPF-63, сбитый зенитным огнём 9 апреля. В целом, апрель 66-го можно характеризовать тремя моментами:

— дальнейшим снижением эффективности боевой работы ЗРК (достоверно сбит всего один F-105D 7*);

— дальнейшим ростом американских потерь от огня зенитной артиллерии (подтверждено уничтожение восьми самолётов);

— активизацией вьетнамской истребительной авиации.

Забегая вперёд, хотелось бы отметить, что в западной, а в последнее время почемуто и в отечественной литературе, превалирует мнение, что якобы «за весь апрель американцы на самом деле потеряли в воздушных боях с МиГ-17 один-единственный самолёт — 29 апреля штурмовик А- 1Е.». Данная цитата приведена из брошюры «Боевое применение МиГ-17 и МиГ-19 во Вьетнаме» из серии «Война в воздухе» (выпуск № 16, с.26), которая выходит под редакцией некоего С.В.Иванова и, в сущности, представляет собой пиратское издание книги венгерского историка Иштвана Топерцера 8*, вышедшей в 2001 г. в Великобритании. Замечу, что если подход к нашей истории 9* венгерского автора, чья страна только недавно вступила в НАТО, вполне понятен, то те кто решил переиздать его работу на русском языке могли бы и попытаться проверить эти данные по другим источникам. Благо мы теперь живём не за «железным занавесом». Чтобы у читателей не возникло никаких сомнений по данному вопросу, события апреля 66-го мы постараемся изложить в более развёрнутом виде.

5* Напомним, что официально США не вели войну с ДРВ, так как для этого требуется решение Конгресса США. Трудно сказать намеревался ли об этом просить конгрессменов президент Кеннеди, но сменивший его Джонсон, а затем победивший на выборах Никсон, так и не осмелились обратиться к высшему американскому законодательному органу с этой просьбой! Понятно, что воевать «по полной программе» было невозможно, так как для этого требовалось в первую очередь произвести соответствующий пересмотр статей расхода бюджета, чего по понятным причинам сделано не было. В результате, на американских авиабазах в ЮВА не раз складывалась ситуация, когда боевые самолёты, вылетавшие на непосредственную поддержку сухопутных частей, отправлялись на задания недогруженными из-за банальной нехватки боеприпасов, на которые Конгрессом были попросту не выделены деньги!

6* В тот же день ЗРК ПВО ДРВ сбили F-4C, а отправленный на выручку экипажу сбитого истребителя спасательный вертолёт HU-16 уничтожила пара МиГ-17.

7* Это произошло 19 апреля, когда был уничтожен F- 105D (сер. № 62-4330) из состава 333-й эскадрильи тактических истребителей.

8* Istvan Toperczer «MiG-17 and MIG-19 units of the Vietnam war / Osprey combat aircraft № 25», Osprey Publishing, Great Britain, 2001.

9* Поскольку во Вьетнаме сражались самолёты советских конструкций, это именно наша, а не венгерская история — Прим. Ред.

Фактически брошюра «Боевое применение МиГ-17 и МиГ-19 во Вьетнаме» из серии «Война в воздухе», как и аналогичная «работа», посвящённая МиГ-21, с точки зрения фактологии представляет собой далеко не самое лучшее издание времён «холодной войны», ставящее своей целью доказать, что лучшими лётчиками- истребителя м и всегда были американские лётчики. Это, впрочем, и неудивительно, так как серия «Война в воздухе» целиком передирается с выпусков британского издательства Osprey Publishing. Авторы последнего не блещут просвещённостью и обсасывают одни и те же факты, большинство которых были обнародованы ещё до появления «оспреевских» авторов на свет. При этом стоимость русскоязычных «оспреевских» копий, при их откровенно парншвом полиграфическом исполнении, просто непомерна!

Очередное «появление на сцене» вражеских перехватчиков было отмечено американцами 12 апреля, когда на базу не вернулся RA- ЗВ. Поскольку экипаж успел передать, что «подходитк границе с Китаем», а затем открытым текстом сообщил, что «атакован истребителями», то первоначально американцы посчитали, что самолёт был сбит китайскими перехватчиками J-6. Однако позже китайцы официально заявили, что их перехватчики в тот день не поднимались в небо. В результате, уже в наше время, это потеря американцами была «с болью в душе» отнесена на счёт вьетнамских МиГ-17. Необходимо отметить, что командир звена, высланного на перехват, капитан Лам Ван Лич, докладывая об обстоятельствах вылета, честно сообщил, что «после атаки разведчика никто из его лётчиков не наблюдал падения этой машины», так как возглавляемое им звено в составе четырёх МиГ- 17 «было вынуждено вступить в тяжёлый бой с истребителями сопровождения», в котором ни одной из сторон не сопутствовал успех.

В следующий раз, 21 апреля, вьетнамские перехватчики опять «опоздали на танцы», но всё-таки смогли «посчитаться» с налётчиками. Основная группа «Крусейдеров», уходивших после бомбо-штурмового удара, уже была далеко, но шедший в составе звена пилот МиГ-17ПФ смог обнаружить с помощью БРЛС «Изумруд» отставший от группы повреждённый зенитным огнём F-8, который волочил шлейф не лишком густого дыма. Рывок к добыче не потребовал много времени, и буквально над побережьем пушки вьетнамских истребителей поставили в судьбе «крестоносца» финальную точку. Любопытно, что хотя в числе других обломков волны выбросили на берег сотовую панель с сер. № 149152 этого истребителя, американцы так и не признали эту потерю. Неизвестным осталось, и к какой именно эскадрилье ВВС флота принадлежал этот самолёт.

Наряду с использованием МиГ-17ПФ в качестве ночных перехватчиков, эти машины применялись в качестве самолётов целеуказания в группах дневных истребителей.

Основным типом РЛС наведения истребителей в ВВС ДРВ была советская П-35, имевшая дальность обнаружения цели до 280 км при высоте полёта цели не ниже 5000 м. Нижняя граница зоны обзора находилась на высоте 900 м.

Вьетнамские лётчики-истребители в капонире в ожидании боевого вылета.

В последующие дни, словно в ответ на разглагольствования американских пресс- атташе в Сайгоне о разгроме ВВС ДРВ на аэродромах базирования, вьетнамские лётчики несколько раз демонстрировали, что «слухи о их смерти» ложны. Так, 23 апреля 10* четвёрка МиГ-17Ф из состава 921-го авиаполка без потерь со своей стороны сбила два F-105D (сер. № 61-0048 и № 61-0157) из состава 354- й эскадрильи тактических истребителей. В утешение себе «янки» объявили на очередном еженедельном брифинге в Сайгоне, что экипажи их истребителей сопровождения F- 4С из состава 555-й эскадрильи тактических истребителей смогли сбить в этот день два МиГ-17. Героями дня были объявлены капитан М.Кэмерон (пилот) и 1-й лейтенант Р.Ивенс (оператор); капитан Р.Блэйк (пилот) и 1-й лейтенант С.Джордж (оператор). На следующий день не вернулись ещё два «Тандерчифа» (сер. № 62-4340 и № 61-0051), правда, на этот раз из состава 357-й эскадрильи тактических истребителей.

Правда надо отметить, что 26 апреля действительно отличился экипаж «Фантома» из 480-й эскадрильи тактических истребителей в составе майора П.Гилмора (пилот) и 1-го лейтенанта У.Смита (оператор), которые заявили, что ими был сбит ещё один МиГ-17. Однако позже стало ясно, что их добычей оказался МиГ-21. Впрочем, по окончании того воздушного боя стороны всё равно разошлись с ничейным результатом, так как подошедшему с опозданием звену МиГ-17 из состава 921-го авиаполка удалось сбить один F-4C из состава всё той же 480-й эскадрильи. Второй «призрак» был уничтожен взрывом собственных бомб, в которые в момент сброса угодили несколько зенитных снарядов.

Необходимо отметить, что экипажу майора П.Гилмора и 1-го лейтенанта У.Смита удалось сбить первый МиГ-21, оснащённый управляемым оружием, а именно системой К-5М с ракетами РС-2-У. Заметим, что к описываемому времени в ВВС СССР уже готовились к снятию с вооружения этой системы, имевшей чрезвычайно низкие боевые характеристики и фактически устаревшей ещё в момент создания. Однако в военно-техническом комитете при Совмине и Политбюро всё же посчитали необходимым проверить на практике её эффективность. Понятно, что появление во Вьетнаме истребителей с таким оружием не решало проблемы. «Испытания в обстановке максимально приближённой к боевой» потребовали определённого времени, потраченного на тренировочные полёты, в ходе которых вьетнамские пилоты быстро выяснили, что взятие маневрирующей цели на сопровождение и её удержание в узкой равносигнальной зоне наведения практически невозможно, а изредка, когда это всё же удавалось, система защиты блокировала команду «Пуск» по причине превышения ограничений по перегрузке.

Несмотря на столь серьёзные недостатки, пилоты МиГ-21 всё же попытались применять эти ракеты в боях, но, как и следовало ожидать, не только не добились ни малейших успехов, но и потеряли один самолёт. Статистика свидетельствует, что в апреле-мае 1966 г. было выполнено не менее 14 пусков ракет РС-2-У, но ни одна из них в цель не попала. Примерно в трёх десятках случаев система автоматики СУВ блокировала применение оружия. Именно в такой ситуации и оказался лейтенант Нгуен Ван Минь из состава 921-го авиаполка. К счастью, система спасения сработала безукоризненно, спустя мгновение катапультировав пилота из поражённого «Сайдуиндером» и охваченного пламенем «МиГа». Впрочем, последнее слово в апреле 66-го осталось всё же за вьетнамскими пилотами.

10* В тот же день зенитным огнём были сбиты два А-4.

Американские герои апреля 1966 г. Вверху: майор Пол Гилмор и 1-й лейтенант Уильям Смит, сбившие 26 апреля МиГ-21. Внизу: капитан Ларри Кейт и 1-й лейтенант Роберт Блэктги 29 апреля 1966 г. записали на свой счёт МиГ-17.

Фото для истории с оружием (в данном случае — с ракетой «Сайдуиндер»), которым была одержана победа.

Экипаж этого F-4C из 480-й эскадрильи тактических истребителей 35-го авиакрыла в составе майора П.Гилмора (пилот) и 1-й лейтенанта У.Смит (оператор) 26 апреля 1966 г. сбили МиГ-21Ф13 Нгуен Ван Миня из состава 921-го ИАП. После этого на щиток воздухозаборника был нанесён плановый силуэт истребителя, позже заменённый обычной красной звездой.

29 апреля огонь 57-мм зенитных пушек стал непреодолимой преградой для истребителя-бомбардировщика F-105D (сер. № 62- 4304) из состава 333-й эскадрильи тактических истребителей. Раскрывшийся в небе купол парашюта и подавший «голос» в эфире аварийный радиомаяк, дали понять, что пилот «Тандерчифа» жив. Находившаяся в зоне ожидания поисково-спасательная группа в составе пары вертолётов и звена «Скайрейдеров» устремилась на помощь. Надо сказать, что пилот сбитого «тада» проявил недюжинное самообладание и мастерство: перед тем как катапультироваться, он спланировал на горящем самолёте в сторону моря подальше от зенитных батарей, сколько было возможно. В результате, когда он приземлился на рисовое поле, к нему с трёх сторон устремились местные отряды самообороны, вооружённые только лёгким стрелковым оружием. Вьетнамцы чуть-чуть не добежали.

Пикируя один за другим, четыре «Скайрейдера» из состава 602-й эскадрильи бомбами и реактивными снарядами начали сметать ополченцев как кегли. Поднимавшийся оранжевый дым, чётко указывал лётчикам американских штурмовиков, где именно находится их коллега, и спустя мгновение вокруг него образовалось почти непреодолимое извне кольцо из огня и металла. Вьетнамцы залегли, и, спустя несколько минут, появились спасательные вертолёты. Пользуясь замешательством противника, экипажи обеих «стрекоз», не теряя времени, приземлились и, вскоре пилот сбитого F- 105 был уже на борту одного из них.

Казалось, что всё закончиться вполне благополучно: «Скайрейдеры» уже делали пятый заход, поливая внизу всё пушечным огнём, взымавшим на поле серии фонтанов грязнобурой воды, которая во многих местах уже стала розовой от крови вьетнамских солдат. В этот момент появилась пара МиГ-17. Оба вертолёта, маскируясь клубами дыма, уходили к морю на малой высоте с максимально возможной скоростью, а четыре поршневых штурмовика развернулись навстречу новым противникам. Схватка в принципе не могла продолжаться долго, так как американцы истратили почти весь боекомплект и потому огрызались короткими очередями, больше похожими на залпы. Рассчитывать, что таким образом удасться поразить прицельным огнём самолёты с вдвое большей скоростью явно не приходилось. Примерно в течение двух минут «янки» отчаянно маневрировали на предельно малой высоте под огнем с неба и земли. Снизу из карабинов и автоматов яростно палили ополченцы, взбешенные гибелью многих своих товарищей, чьи изуродованные тела устилали почти всё поле. «Скайрейдеры» упорно кружились, оттягиваясь следом за вертолётами к берегу моря, но с каждой минутой становилось всё очевиднее, что «жертвы должны быть принесены…»

Ответственный момент полёта: дозаправка по пути к цели группы истребителей-бомбардировщиков F- 105D с летающих танкеров КС-135.

Гак выглядит с воздуха результат бомбардировочного удара по узлу коммуникаций.

«Наши самолёты, загруженные топливом и бомбами, медленно выруливают сквозь удушающее марево к взлётной полосе. Впереди нас ждёт тяжёлый затянутый взлёт, медленное карабканье вверх и заправка в воздухе. После этого мы берём курс к объктам удара в районе Ханоя, небо над которым больше напоминает атмосферу ада…», — записал в своём дневнике пилот истребителя-бомбардировщика F-105D 1-й лейтенант Дональд Браш, погибший над Северным Вьетнамом 29 апреля 1966 г.

Один из кадров, который был зафиксирован 29 апреля 1966 г. в воздушном бою фотокиномулемёта МиГ-17Ф, который пилотировал Хо Ван Кай, заявивший по возвращении об уничтожении двух «Фантомов» и повреждении ещё одного.

Внезапно один из «МиГов», убрав обороты, снизился едва ли не до нескольких метров над землёй, В это время А-1Е (сер.№ 52-132680) капитана Логана Бостона, развернувшись на расстоянии около 300 м, фактически «завис» в прицеле вьетнамского истребителя на фоне неба, находясь чуть выше уровня горизонта. Американский лётчик явно не ожидал, что пилот реактивного истребителя окажется ниже и сзади. Переданное по радио предупреждение запоздало: сокрушительный удар пушек «МиГа» буквально оторвал хвостовую часть фюзеляжа «Скайрейдера» от центроплана, который вместе с консолями и работающим мотором беспорядочно рухнул на склон, похоронив пилота под своими обломками…

Впрочем, гибелью капитана Бостона события того дня не ограничились. Настоящий фурор среди лётчиков 923-го истребительного полка произвёл старший лейтенант Хо Ван Кай, который, взлетев в составе звена МиГ-17Ф, умудрился не только оторваться от ведущей пары (сам он был ведущим второй пары. — Прим. Авт.), но и потерять ведомого(И), который вернулся в одиночку.

Как выяснилось, оставшаяся в одиночестве ведущая пара натолкнулась на восьмёрку F-4C из состава 555-й эскадрильи тактических истребителей и целиком погибла в неравном бою. Причём если машина ведущего была поражена «Сайдуиндером», то ведомого «Фантомы» загнали на малой высоте на закритические углы пилотирования и, потерявший скорость, северовьетнамский истребитель упал на покрытый джунглями склон одной из гор. После этого «янки» «с чувством выполненного долга» направились домой. Однако не всё было так просто.

Что произошло с самим Хо Ван Каем в точности не известно, видимо, всё же выудив из царившей в эфире какофонии информацию о районе боя, он устремился на помощь товарищам, но опаздал, так как «призраки» уже уходили восвояси. Проявив настойчивость, Хо Ван Кай по командам наземного пункта наведения смог настичь самолёты противника и вскоре атаковал. По возвращении он заявил об уничтожении двух «Фантомов» над районом Бак Сон и повреждении третьего над Бинь Гиа. Основным доказательством этого успеха была плёнка от кинокамеры, установленной на МиГ-17 бравого «старлея». Запечатлённые ей кадры свидетельствовали о том, что во всех случаях стрельба велась едва ли не с «пистолетной» дистанции, на которой промахнуться было практически невозможно. Анализ показал, что Хо Ван Каю дважды удалось реализовать фактор внезапности, подбираясь к строю американских самолётов снизу-сзади. При этом его атаки были направлены исключительно на замыкающую группу истребителей. Лишь после того, как разгорячённый своим успехом вьетнамец недостаточно точно прицелился и «янки» заметили пронёсшиеся рядом трассы пушечных снарядов, пилоту «МиГа» пришлось ретироваться, так как вступать в бой с группой вражеских истребителей в одиночку с практически израсходованным боекомплектом и небольшим резервом топлива было равносильно самоубийству. Впрочем, у американцев керосина также было не слишком много, а потому, описав боевой разворот, и убедившись, что «"бандит" уходит», они также легли на прежний курс.

В целом, статистика воздушных боёв за апрель была явно в пользу ВВС ДРВ, не говоря уже об общем балансе потерь авиатехники, который, в сущности, не портили даже немногочисленные повреждённые и уничтоженные самолёты на вьетнамских аэродромах. Вместе с тем, по мнению высшего американского командования, ВВС ДРВ уже находились на последнем издыхании и не могли долго продержаться.

Продолжение следует.

МиГ-17ПФ капитана Лам Ван Лича из состава 921-го истребительного авиаполка, авиабаза зима — весна 1966 г.

F-4B из состава VF-92 (авианосец «Энтерпрайз») сбитый зенитной ракетой над ДРВ 18 февраля 1966 г. Пилот — лейтенант джуниор грэйд Дж. Руффин — погиб, а оператор — лейтенант джуниор грэйд Дж. Стинман — попал в плен.

МиГ-21Ф старшего лейтенанта Нгуен Хонг Ньи из состава 921-го ИАП ВВС ДРВ, весна 1966 г.

МиГ-17Ф лейтенанта Нго Дук Мая из состава 923-го ИАП ВВС ДРВ, весна 1966 г.

F4C из 480-й эскадрильи тактических истребителей 35-го авиакрыла в Экипаж: пилот — майор П.Гилмор, оператор — и 1-й лейтенант У.Смит. Авиабаза Да Нанг, весна 1966 г.