8 Гонка за первое место в космосе

8

Гонка за первое место в космосе

Президент Эйзенхауэр объявил, что были одобрены планы запусков небольших, обращающихся вокруг Земли спутников, которые должны стать частью вклада Америки в Международный геофизический год.

Почти сразу все пошло не так, как надо.

Вернер фон Браун

До середины 1954 года искусственный спутник Земли появлялся только на страницах журналов или на телеэкране. В конце июня 1954 года Вернер фон Браун включился в реальное планирование запуска небольшого контейнера с научными приборами на орбиту вокруг Земли. Проект был организован и профинансирован правительством Соединенных Штатов.

Первые пробные шаги в направлении космоса были сделаны в Америке военно-морским флотом. В октябре 1945 года, в том же месяце, когда Вернер фон Браун прибыл в Форт-Блисс, ВМФ учредил в рамках своего Бюро по аэронавтике Комитет по оценке возможности создания космических ракет. Комитет рекомендовал флоту начать разработку спутника для доставки научных приборов на околоземную орбиту, а затем заключил контракт с Лабораторией аэронавтики имени Гуггенхейма Калифорнийского технологического института для оценки основных характеристик ракеты-носителя, размеров спутника и высоты орбиты.

Примерно в то же время Управление военно-морских исследований и Военно-морская исследовательская лаборатория изучали возможность реализации ракетной программы исследований больших высот. В результате этого изучения возник проект «Викинг», и были заключены контракты на постройку двенадцати ракет.

В начале 1946 года Лаборатория аэронавтики представила флоту результаты анализа, которые показывали, что его финансовые, если не технические, возможности не позволяют запустить спутник. Седьмого марта 1946 года флот обратился к авиации сухопутных войск с предложением о сотрудничестве, но получил уклончивый ответ. Представители авиации не сообщили, что они уже заключили контракт на исследование возможности создания искусственного спутника с подразделением авиастроительной компании «Дуглас», носившим название «Рэнд проджект» (позднее превратившимся в «Рэнд корпорэйшн»), и поэтому не собирались сотрудничать с флотом.

Двенадцатого мая 1946 года «Рэнд» представило руководству авиации предложение о запуске спутника весом почти 230 кг с помощью ракеты типа «Фау-2». «Рэнд» также предложило разместить на спутнике приборы для метеорологических исследований, связи и разведки. Стоимость проекта составляла немыслимую сумму — 150 миллионов долларов. Получив отказ, «Рэнд» переработало проект и через год вышло с предложением спутника меньших размеров, который мог быть запущен на орбиту за 82 миллиона долларов.

В конце 1947 года министерство обороны в лице Комитета по управляемым снарядам Объединенного совета по исследованиям и разработкам заново рассмотрело возможность реализации предложений военно-морского флота и военно-воздушных сил, созданных на основе авиации сухопутных войск в июле 1947 года. Главный упор в дискуссии был сделан на идею запуска искусственного спутника на орбиту вокруг Земли. Никто не думал о том, что он там будет делать. Для оправдания огромных затрат создание искусственного спутника должно было иметь определенную цель. Заместитель начальника штаба поместил спутники в должную перспективу, заявив, что их следует разработать в надлежащее время. Но у Соединенных Штатов не было ни ракеты, способной выполнить задачу, ни плана ее создания.

Очевидно, ни военно-морской флот, ни недавно созданные военно-воздушные силы не собирались сотрудничать с сухопутными войсками, которые имели в своем распоряжении ведущих в мире специалистов по проектированию, изготовлению и запуску ракет, способных выйти в космос. Чтобы не оказаться вытесненной из области, где у нее был наибольший опыт, артиллерийско-техническая служба сухопутных войск подала в Комитет по управляемым снарядам министерства обороны предложение о продолжении исследований возможности запуска спутника на основе работ группы Вернера фон Брауна.

В конце 1948 года министр обороны Джеймс Форрестол написал в отчете о деятельности своего министерства:

Программа запуска спутника Земли, выполнявшаяся независимо каждым из родов войск, была направлена для координации в Комитет по управляемым снарядам. Для создания объединенной программы и исключения дублирования Комитет рекомендовал ограничить текущие работы в данном направлении исследованиями и проектированием компонент. Четко определенные области таких исследований доведены до каждого из трех военных министерств.

Комментарий Форрестола выглядел осторожным, но обнадеживающим. Однако больше пяти лет ничего не было слышно о создании спутника военными США.

В то время как военные предали программу запуска спутника Земли забвению, Вернер фон Браун отказывался сдаваться. В то же самое время, когда он рисовал картины мирного исследования космоса в своих провидческих статьях в «Кольерс», он написал статью для журнала «Орднанс», которая более точно отражала политический климат «холодной войны». В статье «Превосходство в космосе» Вернер фон Браун показал себя ястребом в противоположность роли голубя в статьях в «Кольерс»:

Атомная бомба могла быть «абсолютным оружием» до сих пор, но долго это не продлится.

Наступило время перевести стратегические бомбардировщики на вторые роли и искать новое «абсолютное оружие», которое не только вернет нам решающее превосходство над красными агрессорами, но и будет менее обременительно для налогоплательщика.

Мы не должны опасаться непреодолимых препятствий на пути совершенствования большой жидкостной ракеты, потому что принципиальные трудности уже побеждены. Где-то на этом пути, на вполне достижимом расстоянии находится многоступенчатый орбитальный ракетный корабль, поднимающий команду за пределы стратосферы.

Страна, которая первой запустит такой ракетный корабль, будет обладать, по моему мнению, тем, что является «абсолютным оружием», которое так долго искали.

Кульминацией программы фон Брауна было создание спутника Земли с постоянным экипажем, то есть космической станции:

Первые и очевидные применения такой станции — разведка и наблюдение.

На станции будет иметься усовершенствованное радиолокационное оборудование, которое позволит вести наблюдение сквозь самую густую облачность.

Орбитальная разведывательная станция поднимет «железный занавес»!

Разведка была весьма мягкой мерой по сравнению со следующим предложением фон Брауна:

В случае военных действий станция будет стартовой площадкой для орбитальных снарядов, против которых невозможны контрмеры. Если мы запустим крылатую ракету с атомным зарядом назад, таким образом, что ее тяга уменьшит ее орбитальную скорость на 1712 км/час, то под действием гравитации она станет приближаться к Земле по эллиптической траектории.

Апокалиптическая развязка здесь очевидна сразу, хотя фон Браун описывает спуск ядерного снаряда на Землю в деталях.

Фон Браун признавал, что создание военной космической станции будет крайне трудной задачей. Тем не менее он утверждал, что она могла быть введена в действие за десять лет с затратами менее 4 миллиардов долларов. Хотя фон Браун был способен к фантастическому предвидению, он был также и реалистом. Он завершал статью рекламой небольшого спутника в качестве средства решения практических задач, возникающих в процессе создания военной космической станции.

Практическое планирование первого в США искусственного спутника началось в июне 1954 года, когда Вернеру фон Брауну позвонил его друг Фредерик Дюрант, в прошлом президент Американского ракетного общества, а в 1954 году президент Международной астронавтической федерации. Дюрант только что имел разговор с человеком из Управления военно-морских исследований, желающим начать строить спутник, и Дюрант спросил, не согласится ли фон Браун поговорить с этим человеком.

Дюрант организовал встречу небольшой группы специалистов, считавших, что время искусственных спутников пришло. Встреча состоялась 25 июня 1954 года в Вашингтоне. Присутствовали Фредерик Дюрант, капитан первого ранга Джордж Гувер из военно-морского флота, бывший инициатором встречи, Александр Сатин, инженер из Управления военно-морских исследований, Фред Сингер, физик из университета Мэриленда, Фред Уиппл, астроном из Гарвардского университета, Дэвид Янг из «Аэроджет-Дженерал корпорэйшн» и Вернер фон Браун. После того как Дюрант представил всех присутствующих, слово взял Джордж Гувер, предложивший послать небольшой спутник на орбиту, используя комбинацию уже существующих ракет.

Участники встречи, верившие в необходимость создания искусственного спутника, быстро набросали проект ступеней ракеты и спутника. Поскольку Гувер предлагал использовать имевшиеся в наличии компоненты, конструкция в значительной мере была предопределена. Самой большой ракетой, подходившей на роль первой ступени, была в то время ракета сухопутных войск «Редстоун», созданная группой фон Брауна. Последующие ступени для простоты предполагалось построить, собирая в блоки небольшие твердотопливные ракеты, также из арсенала сухопутных войск. В зависимости от выбора ракет для высших ступеней, можно было бы запустить спутник с весом минимум 2,3 кг, или же 7–9 кг.

Капитан первого ранга Гувер доложил о проекте начальнику Управления военно-морских исследований, который одобрил концепцию проекта и санкционировал дальнейшие переговоры с группой разработки ракет Редстоунского арсенала. Так появился проект «Орбитер», и, казалось, что кооперация между родами войск поможет, наконец, поднять спутник.

Третьего августа представители флота прибыли в Хантсвилл для встречи с Вернером фон Брауном и Хольджером Тофтоем и для учреждения совместного предприятия флота и сухопутных войск. Фон Брауну и, что было более важно, Тофтою идея понравилась. Тофтой получил одобрение вышестоящих чинов на том условии, что проект спутника не помешает другим ракетным программам армии.

Фон Браун взял оформление предложения по проекту спутника на себя. Его секретный отчет от 15 сентября 1954 года назывался «Малый корабль-спутник на основе компонентов, разработанных артиллерийско-технической службой сухопутных войск». Он оценил затраты сухопутных войск в сумму 100 тысяч долларов. Предложение содержало не только техническое описание проекта, но и свидетельство возрастающего политического чутья фон Брауна. Он писал:

Запуск искусственного спутника, сколь угодно маленького, был бы научным достижением огромной важности. Поскольку это проект, который при имеющемся опыте создания ракет может быть реализован за несколько лет, логично предположить, что и другие страны могут сделать то же самое. Если мы не сделаем это первыми, это нанесет удар по престижу США (подчеркнуто фон Брауном. — Прим. авт.).

Чтобы представить в министерство обороны объединенную программу и увеличить шансы на ее одобрение, сухопутные войска и флот пригласили в январе 1954 года для участия в проекте «Орбитер» также и военно-воздушные силы. Кроме того, в качестве первого шага для получения одобрения министра обороны и президента они представили свои предложения по плану проекта заместителю министра обороны.

В то время как армия и флот Соединенных Штатов планировали запуск спутника, аналогичные планы были у ученых из других стран. Несколько международных научных обществ начали подготовку того, что получило название Международный геофизический год (МГГ). Этот год фактически длился 18 месяцев, с 1 июля 1957 года по 31 декабря 1958 года. В целом в мероприятиях года, посвященных исследованию Земли и Солнца, приняли участие 67 организаций. На заседании специального комитета МГГ 4 октября 1954 года в Риме было рекомендовано обсудить возможность запуска искусственного спутника во время МГГ. Был даже одобрен знак МГГ, появившийся в 1955 году, с изображением спутника на орбите вокруг Земли.

Четырнадцатого марта Национальный комитет Соединенных Штатов по проведению МГГ одобрил концепцию спутника. Министерство обороны приняло во внимание заявления гражданских организаций и создало в мае 1955 года Консультативную группу по изучению возможности запуска спутника.

Двадцать девятого июля 1955 года Национальная академия наук США и Национальный научный фонд объявили, что Соединенные Штаты планируют запустить спутник во время Международного геофизического года, и в тот же день к ним присоединился президент Дуайт Эйзенхауэр, заявивший, что искусственный спутник станет частью американской программы МГГ. На следующий день, 30 июля, Академия наук СССР также объявила о намерении запустить искусственный спутник.

Следует заметить, что различные организации могли давать рекомендации, но лишь у президента Эйзенхауэра были ресурсы и власть, чтобы санкционировать изготовление и запуск спутника.

К этому времени попытка сотрудничества родов войск провалилась, и Консультативная группа по специальным возможностям министерства обороны должна была выбирать из трех систем.

Сухопутные войска предложили концепцию проекта «Орбитер» с ракетой «Редстоун» конструкции фон Брауна в качестве первой ступени и последующими ступенями, выполненными в виде блоков твердотопливных ракет. Фон Браун заверил консультативную группу, что сухопутные войска могут запустить спутник весом 6,8 кг к середине 1956 года.

Военно-морской флот представил проект, для которого требовалась новая ракета, названная «Авангард». Первой ступенью «Авангарда» была усовершенствованная ракета «Викинг», первоначально созданная для исследования верхних слоев атмосферы. Второй ступенью должна была стать модифицированная ракета-зонд «Аэроби-хай», а третья представляла собой совершенно новую конструкцию.

Флот заявил, что он может запустить на орбиту спутник весом 18 кг в тех же временных рамках, что и проект «Орбитер».

Чтобы не отставать, военно-воздушные силы подали заявку на запуск большого спутника с помощью своей межконтинентальной баллистической ракеты «Атлас». Однако «Атлас» столкнулся с трудностями в процессе разработки и не рассматривался в качестве серьезного претендента.

Девятого сентября 1955 года Консультативная группа по специальным возможностям вынесла решение, и в то время, как члены группы не давали подробных обоснований своего выбора, в спекуляциях не было недостатка. Президент настаивал, чтобы проект спутника был научным, а не военным. Кто знал, какова будет реакция других стран на полет баллистических снарядов над их территориями, хотя бы и несущих на орбиту безобидный спутник? Это обстоятельство сразу ставило проекты сухопутных войск и военно-воздушных сил в невыгодное положение. Выражалось также пожелание, чтобы спутник был запущен в рамках американского проекта, а не проекта, финансируемого правительством США и выполняемого немецкой группой. Кроме того, были разговоры о том, что проект «Орбитер» представляет собой решение, лишенное элегантности, так как базируется на военном снаряжении, технически эффективном, но имеющем изъяны с эстетической точки зрения. Консультативная группа министерства обороны проголосовала семью голосами против двух за запуск спутника с помощью ракеты «Авангард» военно-морских сил, а министерство обороны и правительство США одобрили ее рекомендации.

Хотя сухопутные войска не участвовали в программе «Авангард», министерство обороны не исключало их участия в космической инициативе в форме, которую еще предстояло определить. Такое участие имело место, по крайней мере, в области информации и рекламы, например в информационно-образовательном фильме «Космический вызов», показанном 29 февраля 1956 года. В фильме, длившемся 61 минуту, Вернер фон Браун рассказывал о характеристиках современных управляемых снарядов, о проблемах, связанных с достижением их эффективного функционирования, и о вызове, который представляет собой космос в деле дальнейшего развития ракетной техники.

Проиграв в споре за право запуска первого спутника для Соединенных Штатов, сухопутные войска выиграли утешительный приз министерства обороны.

В июле 1955 года группа фон Брауна предложила разработать баллистическую ракету средней дальности (БРСД) с радиусом действия 2400 км, которая могла бы доставлять груз весом 1 т. Предлагалось назвать ее «Юпитер». Хотя в течение нескольких лет военно-воздушные силы уже финансировали разработку межконтинентальной баллистической ракеты (МБР) «Атлас», ее успешное развертывание еще не было гарантировано, и разработка снаряда с меньшей дальностью группой, уже показавшей свои возможности, выглядело благоразумным. Министерство обороны одобрило программу разработки новой системы, которая могла бы управляться как с земли в сухопутных войсках, так и с палубы корабля на флоте. Для подстраховки министерство одобрило также программу военно-воздушных сил по разработке БРСД «Тор».

Одновременно с получением нового задания Редстоунский арсенал был реорганизован, и группа фон Брауна получила новое, более престижное название. Первого февраля 1956 года в Редстоуне было образовано Управление баллистических ракет сухопутных войск (УБРСВ) под командованием бригадного генерала Джона Медариса. Вернер фон Браун стал директором отдела конструкторских работ УБРСВ и подчинялся теперь Медарису. Бригадный генерал Хольджер Тофтой, который привез фон Брауна в Соединенные Штаты и был все эти годы его руководителем, сохранил командование оставшейся частью Редстоуна, получившей название Управление ракет и управляемых снарядов сухопутных войск.

Хотя первый этап гонки за место в космосе выиграл флот, Вернер фон Браун и его команда не прекратили борьбу. Фон Браун добился важного успеха в июле 1956 года, когда после нескольких лет переговоров ему удалось пригласить в Хантсвилл Германа Оберта. Оберт, один из первых теоретиков космических полетов, был все еще щедр на идеи.

Построенный фон Брауном и его группой «Юпитер» был совершенно новой ракетой с дальностью полета почти 3200 км. Ее длина составляла 18,3 м, диаметр был 2,7 м, а вес составлял около 50 т. Двигатель ракеты развивал тягу 60 т. Для испытания компонентов своей новой ракеты фон Браун и его группа планировали использовать старый надежный «Редстоун». Крайне важным для конструкции «Юпитера» был нос, направленный прямо на цель и не сгоравший при входе в атмосферу. Внешняя поверхность ракеты изготавливалась из абляционного материала, который, сгорая, уносил тепло. Для проверки этой концепции фон Браун решил построить дюжину испытательных ракет, названных «Юпитер С».

«Юпитер С» был мало похож на «Юпитер». Он состоял из усовершенствованной ракеты «Редстоун» в качестве первой ступени и последующих ступеней, сделанных из блоков одинаковых твердотопливных ракет. Вторая ступень имела блок из 11 ракет, а третья являлась блоком из трех ракет, помещенных внутрь кольца, образованного ракетами второй ступени. Поверх находилась четвертая ступень — уменьшенная версия носового конуса «Юпитера».

По своей концепции «Юпитер С» был той же ракетой, которую фон Браун предлагал для проекта «Орбитер». Это сходство не ускользнуло от Пентагона. Перед первым запланированным запуском «Юпитера С» бригадному генералу Медарису было приказано лично проверить четвертую ступень, чтобы удостовериться, что в ней нет ракетного топлива. Пентагон не мог позволить фон Брауну и его команде запустить в космос спутник, а потом принести свои извинения.

Первый «Юпитер С» взлетел с мыса Канаверал 20 сентября 1956 года, подняв груз на высоту 1091 км и преодолев расстояние 5440 км. Носовой конус не нашли, но рекорд высоты и дальности держался два года. Программа «Юпитер С» выполнила поставленные задачи уже после запуска трех из запланированных 12 ракет. Остальные ракеты находились на различных стадиях сборки, и бригадный генерал Медарис приказал поместить все компоненты в хранилище. Две ракеты поддерживались в состоянии, близком к готовности, на случай срочной в них необходимости.

Вскоре после первого успешного полета «Юпитера С» министр обороны Чарльз Уилсон решил покончить с междоусобными сражениями своих подчиненных за первенство в создании ракет и, как следствие, за выход в космос. Дублирование программ стоило слишком дорого. Уилсон издал директиву, которая ограничивала область ракетных разработок сухопутных войск ракетами с дальностью не более 320 км. Военно-воздушные силы и военно-морской флот были ответственны за ракеты с большей дальностью — БРСД и МБР.

Военно-воздушные силы, которые разрабатывали свою собственную БРСД «Тор», не очень нуждались в ракете «Юпитер» сухопутных войск. Тем не менее группа фон Брауна завершила разработку «Юпитера» и передала его ВВС для развертывания.

Было развернуто две эскадрильи, по 30 ракет в каждой, одна — в Италии, а вторая — в Восточной Турции.

ВВС послали ракеты с глаз долой и забыли о них, но Советский Союз не мог не видеть, что эти ракеты доставали до его союзников на западе, до Ташкента на Востоке и до Баренцева моря на севере. Сталинград, Москва и даже Ленинград были в пределах их досягаемости.

В соответствии с планом, когда ракеты «Юпитер» были переданы ВВС, сухопутные войска, их управление баллистических ракет и Вернер фон Браун были официально отстранены от космических исследований.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.