Построить и забыть?

Один из видных деятелей евангелической церкви заявил в своем новогоднем обращении: «В эти дни мы понимаем, что Потоп — вовсе не легенда, что рассказ о нем основан на реальном опыте. Сила природы указала нам пределы».

Особенность этой катастрофы в том, что от нее одновременно пострадало и население «третьего мира», и многочисленные гости из «первого мира», прибывшие на отдых в Юго- Восточную Азию. Ведь, например, наводнения, регулярно обрушивающиеся на Бангладеш, остаются почти незамеченными, потому что туристы туда не приезжают.

Декабрьская катастрофа ярко высветила все проблемы стран «третьего мира»: социальную дисгармонию, нищету, царящую в них, страшно глубокий разрыв между бедностью и богатством. Весь мир еще раз увидел, как велика пропасть между развитыми странами и развивающимися. Цена различия — смерть. «В Азии система оповещения о цунами могла бы спасти жизни десяткам тысяч людей, — писала „Berliner Zeitung“. — Этого не случилось, и нельзя винить тут стихию».

У природных катастроф свои политические последствия. Аналитики предрекают, что в странах «третьего мира», разоренных цунами, будет лишь нарастать недовольство навязанным им «капиталистическим путем развития». Жестокие реалии будут вновь и вновь пробуждать в людях мечту о «золотом веке» — о том патриархальном мирке, в котором жили их предки. Еще яростнее они станут добиваться воплощения своей религиозной или националистической идиллии. За аномальной волной цунами может подняться и аномальная политическая волна, направленная против политики глобализации.

В пострадавших районах люди стали заложниками судьбы. Им некуда уехать отсюда. Альтернатива — жизнь в грязнейших трушобах, на окраине крупного города, жизнь, которая оскорбляет, переполняет ненавистью, заставляет человека ежечасно чувствовать себя изгоем. Поэтому нищие рыбаки и крестьяне упорно держатся за родной клочок, где родились их предки, где их знают сызмальства и уважают. Они остаются здесь, если даже на них вновь может обрушиться волна.

По словам заместителя генерального секретаря ООН Яна Эгеланда. ущерб, нанесенный цунами, велик как никогда, поскольку прибрежные районы Юго-Восточной Азии населены сейчас гораздо плотнее, чем прежде. Волна обрушилась на беднейшие районы Азии. Индийские и индонезийские рыбаки в пострадавших районах жили тем, что принесет им море. Море принесло волну. В своем развитии эти страны отброшены лет на десять назад. Только на восстановление полностью разрушенной инфраструктуры уйдут многие месяцы.

На Шри-Ланке, например, невозможно своими силами, без помощи иностранных специалистов, восстановить сеть коммуникаций. Экономический спад в стране, по прогнозам экспертов, составит от 4 до 5 процентов. Проблемы Шри-Ланки усугубляются гражданской войной, длящейся вот уже два десятилетия. Армия, состоящая преимущественно из сингалов-буддистов (74 процента населения страны), ведет боевые действия против тамильских повстанцев (тамилов-индуистов в стране 18 процентов). За два десятилетия война унесла жизни более 60 тысяч человек. В этом хаосе братоубийств лишь стихия была беспристрастна, одинаково не щадя тамилов, сингалов, мусульман.

В Индонезии стихия тоже нанесла удар по самому неспокойному региону страну. Город Банда-Ачех находился на территории, запрещенной для въезда иностранцев. С 1976 года местные сепаратисты ведут войну против центральной власти, добиваясь создания исламского государства.

После декабрьской катастрофы померк и ореол знаменитых «райских уголков» — Таиланда, Малайзии и Мальдив, привлекавших сотни тысяч туристов. Впрочем, не все ладно было за фасадом знаменитых курортов и раньше. Возьмем те же Мальдивские острова — туристический рай с белоснежными песчаными пляжами. Туристы живут на Мальдивах в своего рода резервациях. Для их расселения выделены 80 из двухсот обитаемых островов архипелага, а на остальных островах действуют строгие мусульманские законы. Здесь царит полицейский произвол, попираются гражданские права, в тюрьмах применяются пытки.

Впрочем, положение пострадавших туристических центров не в пример выгоднее, чем беднейших районов Индонезии или Шри-Ланки, ведь у них найдутся достаточно мощные финансовые инвесторы. Правда, «опыт показывает, что международная солидарность чаще всего длится столько, сколько горят прожектора СМИ. Забывчивость велика — разве кто сегодня еще помнит о катастрофическом наводнении в Бангладеш в 1991 году, напоминавшем Потоп (140 тысяч погибших)? Вот и память о мошном землетрясении в Баме, что подвигла швейцарцев год назад на миллионные пожертвования, тоже померкла» (Neue Zuercher Zeitung).

...И все-таки построить легче, чем забыть. Новейшие исследования показывают, какой неизгладимый след в душах людей оставляет разразившаяся на их глазах беда, пусть даже они что-то восстановят или построят заново. А ведь в XXI веке нас ожидают климатические, экологические, техногенные, пандемические катастрофы, и нужно быть к ним готовым!