V. Храм, Город и Град небесный Книга пятая, рассказывающая о священном в зодчестве

V. Храм, Город и Град небесный

Книга пятая, рассказывающая о священном в зодчестве

В предыдущей главе мы побывали на двух смысловых «этажах» и убедились в том, что архитектура не просто создает полезные для жизни объемы, но и красноречиво говорит об устройстве мира, внешнего (макрокосм) и внутреннего (микрокосм) – столь же необъятного, но заключенного в сознании каждого из нас. Казалось бы, на этом всё – тема исчерпана… Однако есть и иная реальность, то, что иногда называют тонким миром. Это не четвертое, не пятое и не 113-е измерение; это не прошлое, не настоящее и не будущее. Иной мир. Он присутствует тут же, рядом с нами, он разлит везде и есть всегда, потому что принадлежит вечности, где хода времени нет вообще. Его не постичь ни физикой, ни химией, но он и так открыт любому неглупому и тонко чувствующему человеку. Философы называют его трансцендентным. Это мир духов и души, мир богов и Бога.

В сущности, искусство для того и существует, чтобы связывать нас с иной реальностью. Не важно, верующий вы или атеист. Просто искусство априори исходит из того, что наряду с данным нам в ощущениях есть тонкий мир и в нем – высшие силы. А уж ваше личное дело считать его существующим в реальности или видеть в нем лишь фиктивное порождение человеческого разума.

Быть может, из всех видов искусства именно архитектура ближе всего трансцендентному. Ведь Иной мир вмещается в нее так же, как и привычный нам физический. Даже в простом человеческом жилище присутствует нечто нематериальное. В культурах, деликатно называемых традиционными, в маленьких идолах или в моделях домов, размещенных у очага, обитают, помогая живым, духи умерших предков. А в русской избе непременно есть красный угол с мерцающей перед иконами лампадкой, чей огонек многократно отражен блеском нехитрых окладов. Это обязательная в каждой православной семье «домашняя церковь» – божница, свидетельство незримого присутствия Духа Божьего. Впрочем, по правде сказать, остатки языческих верований также всегда найдут прибежище под крышей крестьянского дома. И домовой останется где-то за печкой, и невидимая стена под матицей – главной потолочной балкой, «матерью» конструкции – будет делить пространство на две части – сакральное, дальнее, и повседневное, ближнее к двери. Однако и городские жители недалеко ушли от суеверных сельчан: современная мода на фэншуй, когда специально обученный человек определяет, куда должно быть обращено изголовье кровати, и не дай бог повесить в офисе картину с парусником, плывущим к берегу, ибо вслед за этим весь бизнес неизбежно окажется на мели, тоже относится к попыткам как-то договориться с потусторонним миром, повлиять на него или хотя бы не нарушать установленные там правила.

Конечно, помимо жилищ есть и особые сооружения, специально предназначенные для обращения к иным мирам и их обитателям. Это, разумеется, храмы. Уже много веков их изучением занимаются археологи и историки искусства, не говоря о теологах. В последние же годы, можно сказать на наших глазах, из корпуса гуманитарных дисциплин выделяется особая наука, посвященная феномену храма, самой его сути, общей для разных культур и вовсе не дружественных друг другу религий. Отец-основатель, выдающийся французский ученый-иранист Анри Корбен, назвал эту науку теменологией, то есть храмоведением.

Итак, что же такое храм? Уже давно человечеству приходится выбирать между двумя версиями происхождения человека. По одной – человек есть результат то ли удачной мутации, то ли необъяснимой склонности к труду некоторых древних обезьян. По другой, более ранней – человека создал Бог. Слепил из глины и затем вдохнул жизнь. То же и с храмами – на их счет также имеются две версии. Благодаря археологам мы знаем, что многие народы строили выдающиеся храмовые комплексы задолго до того, как появились первые опыты сакральных сооружений, описанных в Библии. Однако чтобы понять саму идею храма, по крайней мере в авраамических религиях, то есть в иудаизме, христианстве и исламе, нам следует обратиться именно к Священному Писанию. Никакого противоречия в этом нет, потому что есть история физическая и есть история идей. Это разные пространства, и время в них тоже разное.