Лас-Вегас. Джекпот Comdex, Лас-Вегас, ноябрь 1998

Лас-Вегас. Джекпот

Comdex, Лас-Вегас, ноябрь 1998

С шумом и звонким грохотом 120 жетонов посыпались в металлический поддончик. Это я нажал кнопку Cash[6]. Каталов помрачнел:

– Ты бы хоть стакан подставил.

– А зачем? Так веселей…

Монетки долго сыплются по одной штучке, успеваешь прочувствовать вкус выигрыша и подольше насладиться сладким звоном. Общий выигрыш уже перевалил за 250 жетонов. Делов-то на $12, а какой кайф! Килограмм железа оттаскивается в обменку.

– Иди по доллару играй, хватит страдать на 5 центах, – Каталов явно завидовал.

– Я получаю положенное удовольствие.

На самом деле я просто боялся проиграться, эта зараза затягивает так, что оторваться невозможно. Если уж тянет играть – садись за пятицентовик с десяткой в кармане и просидишь так всю ночь. А не дай бог повалят выигрыши по 100–300 жетонов – это может превратиться в вестсайдскую бесконечную историю. Выигрывать даже как-то неудобно, проигрывать тем более не хочется. Памятуя о вылете из Москвы 13-го в пятницу, лучше не рисковать.

– Ну, что делать будем?

– Я тут местечко знаю…

Ну, в этом не было ничего удивительного.

Местечко буквально в 100 метрах от отеля. Вечер, но не холодно, потому что на бульваре стоят нагреватели и поддерживают привычную температуру. Совсем сдурели, улицу греют. Вход в стриптиз бесплатный. Игрокам везде у нас дорога! Как же я страдал во Фриско от своего курения. В самолетах по американским законам нельзя, в аэропорту упаси боже. В ресторанах, в барах, в отеле… Либо отведут в темный уголок и по-молодежному, в кулачок. В Лас-Вегасе можно все. Курить везде, пить прямо на улице, даже открывать барышням двери и откровенно им улыбаться. Полицию никто не зовет. И не потому, что ее нет, – есть, но крайне вежливая и на велосипедах. Никаких гангстеров и мафии давно не осталось, вымели всех подчистую еще в середине семидесятых. Но атмосфера вседозволенности живет и здравствует. В этом странном городе американцы могут позволить себе превратиться в нормальных людей.

Девицы в стрип-баре были толстыми и страшными, или русские княжны окончательно испортили нам остатки вкуса? Нас хватило на пару минут посмотреть, как прыщавая толстушка извивается full nude[7] на столике размером метр на метр, и глотнуть пива по $10 за стакан. Несмотря на откровенный боевой настрой, пришлось ретироваться.

– Кузин, какого черта ты не спросил отель той журналистки?

Журналистка была хороша.

Она изящно бухнулась в соседнее со мной кресло рейса Сан-Франциско – Лас-Вегас. Вообще-то лететь мы должны были другим рейсом, с пересадкой в Палм-Спринг (целых три часа в полете). А это все равно, что добираться с Ярославского вокзала в Мытищи на автобусе через Солнцево. Но про полмиллиона посетителей, собравшихся вместе с нами на Comdex, мы опрометчиво забыли и наивно собрались купить билеты прямо в аэропорту – за что и поплатились. Билеты из Фриско в Вегас нам обошлись дороже, чем перелет «Аэрофлотом» из Москвы в Сан-Франциско, и настроение было смурным. Наверное, поэтому и повезло – мы опоздали на посадку. Синдром тринадцатой пятницы, однако. В обалдевшем состоянии с боем прорывались на желанный прямой рейс до Лас-Вегаса. Вот только наши вещи уже успели отправить в сторону Палм-Спринг.

Леди запихнула на полку свой обширный багаж, почти проигнорировав мои крики о возможной помощи, и пять минут мы честно поупирались в свои ноутбуки, после чего ее сумка четко рухнула мне на голову. Из вежливости ей ничего другого не оставалось, как беседовать со мной до конца полета. Она оказалась тележурналисткой в кадре канала ZDNet News. Кто бы в этом сомневался, собственно. Обсудили всякую ересь: погоду в Москве, планы развития ZDNet и перспективы «Комдекса». Название отельчика, в котором она планировала остановиться, я, конечно, не спросил.

Делать, собственно, нечего, а впереди вся ночь. Ну, не спать же, ей богу.

– Ну ладно, пойду выпуск делать, а ты куда?

– Да прошвырнусь немного, – и Саша двинулся в сторону ближайшего казино.

В отеле бодрый дядя выдал мои счета, и я окончательно расстроился. За каждое поднятие трубки отель брал полдоллара, а я все дни только и делал, что названивал местному провайдеру по модему. Положение становилось критическим. Для выпуска отлично ложилась фотка меня, такого грустного, спускающего в блек-джек последние штаны. Пришлось взять фотоаппарат, натянуть ковбойскую шляпу и спуститься в холл. Единственное, чего нельзя делать в казино, – фотографировать. Честно говоря, уже было глубоко без разницы и абсолютно…

Какой-то старичок вяло отмахивался, но быстро капитулировал. Еще пять минут потребовалось научить его не искать видоискатель у цифрового фотоаппарата. Единственный опущенный бакс выдал джекпот – три семерки.

Аппарат так заверещал, что старик чуть не выронил мою игрушку, а сам намертво прирос к полу.

Народу сбежалось много. Джекпот в Лас-Вегасе по полной дури! Монетки падали с ужасным грохотом, а я никак не мог сообразить, сколько же выиграл? Математические способности затуманились перспективами роскошных яхт, домика под Лос-Анджелесом и супернавороченного компьютера.

Оказалось, не все так критично. В поддоне лежало $180 – как раз расплатиться с отелем за телефон.