РЕСУРСЫ ДЛЯ ОБЩЕСТВ, ИЩУЩИХ ВЫХОД ИЗ БЕДНОСТИ

РЕСУРСЫ ДЛЯ ОБЩЕСТВ, ИЩУЩИХ ВЫХОД ИЗ БЕДНОСТИ

Если в зажиточных странах все рьяно предаются расточительству, в бедных, напротив, сбор и переработка отходов позволяют бороться с безработицей и нищетой. На выброшенных вещах и материалах строят свое благосостояние десятки местных ремесленников, вкладывая туда всю свою ловкость, сметливость и изобретательность. Мелкие, часто семейные предприятия колдуют над этим сором, совершенно его преображая. Они изготовляют массу вещичек приятного цвета, ласкающих глаз, иногда хранящих следы их предыдущей службы. В руках какого-нибудь умельца наклеенная на пивную бутылку этикетка или пробка может превратиться в немой укор тому неразумному европейцу, кто их выбросил. Новые недорогие поделки охотно раскупаются бедной клиентурой.

Большие жестяные банки и коробки из-под сардин либо сгущенки, сплющенные и разглаженные молотком, обретают новую жизнь как лейки, кастрюльки, чемоданчики, барабаны, бигуди, жаровни, керосиновые лампы, сосуды для хранения воды, терки, воронки, сита, мерки для муки, а то и силуэты изящных птичек, годных, чтобы повесить их на стенку для украшения. Из головок цилиндров автомобильных двигателей получаются кастрюли, из деревянных лопастей делают мебельные филенки, камеры из колес грузовиков, автомобилей и велосипедов превращаются в большие корзины, эластичные спинки для сидений, в бурдюки для вычерпывания и хранения воды, в тесемки и подошвы сандалий, в веревки, ведерки, мусорные бачки или горшочки для цветов. В Калькутте кости кипятят, чтобы извлечь из них жир, а потом перемалываются в муку для удобрения земли.

Выброшенные изделия из пластмасс возрождаются к жизни в виде игрушек, канистр, автомобильных ветровых стекол. Куски ткани сшиваются в простыни, или из них плетутся циновки. В Африке из нескольких сшитых вместе мешков для риса делаются покрышки тюфяков для домов в бедных кварталах, потом их набивают соломой и полосками бумаги. Из мешков, предназначавшихся ранее для рыбной муки, камбоджийские женщины вырезают большие и малые столовые салфетки, продающиеся в местных сувенирных лавчонках и в больших европейских магазинах.

Индийская неправительственная организация «Сбережение» (Conserve) выпускает дамские сумки из полиэтиленовых пакетов, собираемых и разбираемых по расцветкам тряпичниками из Нью-Дели. Эти пакеты моются, скрепляются друг с другом и с помощью горячего прессования превращаются в толстые полосы, из которых затем специально обученные работники делают сумки ярких цветов без добавления красителей по моделям, созданным дизайнером Нандитой Шауник. Об успешности этого предприятия свидетельствует специальный экспедиционный зал с мастерской, где представлены образцы продукции и технология их изготовления. Такие сумки, выполненные из мусора, собранного в Нью-Дели, экспортируются в Европу, где ими торгуют весьма дорогие бутики. Данное предприятие расширяет номенклатуру своих изделий, в нее теперь входят пояски, сандалии, абажуры и множество мелких домашних аксессуаров. Для руководителей фирмы «Сбережение» главное — чтобы осуществляющиеся там проекты отвечали запросам рынка, чтобы она сохраняла жизнеспособность и не зависела от колебаний спроса.

Дорожные сундучки «Кот-Кот», также изготовленные из отходов, стали знамениты после того, как французский министр Жан-Пьер Кот явился на совет министров с новым атташе-кейсом, созданным в Сенегале. Арматурой там служат деревянные брусочки, а верхнее покрытие — пивные и консервные банки. Внутренность оклеена газетами, листами из каталогов и комиксов. Такие портфельчики пользуются неоспоримым успехом у туристов или выходцев из развитых стран.

«Ремесленники-наставники» обучают молодых учеников приемам, с помощью которых можно извлечь прибыль из разжалованных в мусор вещей. Данный экономический сектор, который принято называть «неформальным», изобретает пути включения в общественный обиход тех, кто оттуда был исключен: безработных, инвалидов, престарелых, коим сложно выбраться на социальную поверхность классическим способом — путем развития способностей и умений. Он дает ответ на проблему нехватки всего и вся, давая выход доступным человеческим и материальным ресурсам. Ведь несмотря на бедность содержимого отвалов, цена вещей и материалов, которым дана вторая жизнь, довольно высока.

Для местных ремесленников свободные собиратели представляют собой дешевую рабочую силу, а материалы из отбросов не так дороги, как то, что импортируется. Поэтому «неформальный сектор», чья активность может представляться уделом маргиналов, играет основополагающую экономическую роль. К тому же это способствует сокращению потока отходов.

То, что необычайно множатся предметы декоративного, утилитарного либо игрового назначения, получаемые из отбросов, свидетельствует о богатом воображении их создателей из бедных стран. Все, что может иметь некоторую ценность для использования или продажи, там подбирается и перерабатывается. При этом ремесленные умения компенсируют нехватку дешевых материалов и приспособлений и стимулируют креативные возможности нищего хозяйства. Народная сметка позволяет находить применение спасенным отбросам в местной экономике, что позволяет ремесленникам продержаться и сохранить самоуважение. Так удается латать дыры в экономике страны. Новые умения часто оказываются последним бастионом противостояния вопиющей бедности и социальной разобщенности.

По большому счету на сегодняшний день страны, продвигающиеся к уровню терпимого благосостояния (как, например, Китай), с неутолимым аппетитом поглощают не только собственные отбросы, но и мусор из богатых государств. Они в огромных количествах привозят его из США и Европы, преобразуя доставленное в готовые изделия и упаковки. Таким образом «империя золотой середины» упрочила свое место в новом «экономическом круговороте». Гонконг и еще несколько подобных портов стали сосредоточием всех отходов планеты, которые здесь рассматривают не иначе как ресурсы. На гигантских контейнеровозах утиль пересекает океаны, направляясь именно сюда.

Продажа американского «первичного вторсырья» Китаю поражает размахом. Между 1994 и 2006 годом экспорт использованной бумаги возрос с 0,35 до 9,1 миллиона тонн. Железного лома (прежде всего искореженных автомобилей) — с 0,17 до 2 миллионов тонн. Увеличение объемов использованного пластика, электропроводки, деталей электроники еще сильнее поражает воображение. Экономист Пол Крэйг Робертс, некогда работавший в администрации Рейгана, так выражает свою тревогу по этому поводу: «Если это будет продолжаться, американская экономика станет рынком третьего мира, экспортирующим сырье и ввозящим готовую продукцию». Однако же в США не остались глухи к таким упрекам: там теперь организуются собственные цеха по переработке утиля и брошенное сырье порой доставляется туда прямо со свалок, где оно лежало десятилетиями. Неужели древние отбросы — золотая жила для будущих изыскателей?