Глава 3. Несостоявшаяся революция в фортификации

Глава 3. Несостоявшаяся революция в фортификации

До появления нарезных орудий наибольший калибр пушек в русской осадной и крепостной артиллерии был 24 фунта,[44] единорогов?— 1 пуд, а мортир?— 5 пудов. Такие ограничения были связаны совсем не с технологическими трудностями создания больших орудий. Их успешно преодолевали наши мастера. Вспомним хотя бы орудия Андрея Чохова. Во времена Петра I в русской осадной и крепостной артиллерии состояли 9-пудовые мортиры, а во времена Елизаветы Петровны было изготовлено несколько образцов 2-пудовых и 3-пудовых единорогов. Однако ко времени вступления на престол Екатерины II были определены предельные калибры соответственно Для пушек?— 24 фунта, единорогов?— 1 пуд и мортир?— 5 пудов. Выбирались они по критерию «эффективность?— стоимость». Причем главным показателем эффективности было слабое фугасное действие бомб с черным порохом. С возрастанием калибра резко возрастал вес системы, а также время заряжания, сложность наводки и наката до места орудия и т. д. А фугасное действие снарядов с увеличением калибра возрастало незначительно.

То же самое происходило в первые 25–30 лет после введения нарезных орудий. Калибр крепостных пушек и мортир был ограничен 8 дюймами (203 мм). Иная картина наблюдалась во флоте, где калибр нарезных орудий в начале 70-х годов XIX века достигал 410 мм,[45] но там ставилась совсем другая задача?— пробить с близкого расстояния (0,1–4 км) толстую броню вражеского корабля. А фугасное действие огромных корабельных пушек ненамного отличалось от действия 8-дюймовой крепостной мортиры.

Но вот во второй половине XIX века почти одновременно в ряде стран изобретаются мощные взрывчатые вещества, действие которых в несколько раз превышало действие черного пороха, используемого до этого в снарядах.

Если введение нарезных пушек и магазинных винтовок произвело революцию в тактике полевых войск, то применение мощных взрывчатых веществ (ВВ) в осадной артиллерии произвело еще большую революцию в фортификационном искусстве.

На море появление бомбических пушек крупных калибров (10–15 дюймов) привело к появлению брони. Затем началось соревнование нарезных пушек с броней. В фортификации же ответом на появление мощных ВВ стало сооружение бетонных и железобетонных оборонительных сооружений.

Деятельность Военного ведомства России по созданию новых ВВ и средств защиты от них?— фортификационных сооружений?— дают прекрасный аргумент как для современных квасных патриотов, доказывающих, что «Россия?— родина слонов», так и для закоренелых русофобов. С одной стороны, создавались интереснейшие проекты и проводились грандиозные опыты, по своему значению опережающие на много лет артиллерийскую и инженерную мысль на Западе. А с другой?— грандиозные планы на 99 % оставались на бумаге.

Путь к созданию снарядов с сильным ВВ был тернист. Изобретенные в середине века мощные взрывчатые вещества нитроглицерин, динамит и нитроманнит?— так и не нашли применения в артиллерии из-за своей взрывоопасности. Чуть менее опасным был пироксилин.

Первые стрельбы 6-дюймовыми и 11-дюймовыми снарядами, начиненными пироксилином, были проведены Морским ц Военным ведомствами России в 1886–1888 гг. Результатом этих опытов стало решение ГАУ о принятии на вооружение 8-дюймовых и 9-дюймовых пироксилиновых снарядов. Однако первые заказы на такие снаряды были даны заводам Горного ведомства лишь в 1892 г. Эти заводы изготавливали корпуса снарядов, а сам пироксилин до 1896 г. импортировался из Англии и Германии. Лишь в мае 1893 г. приступили к работе мастерские по производству пироксилина при Охтинском пороховом заводе.

В 1886 г. француз Э. Тюрпен создал мощное ВВ на основе пикриновой кислоты, получившее во Франции название мелинит. Близкие к нему взрывчатые вещества на основе пикриновой кислоты получили в разных странах названия: лиддит (Англия), шимоза (Япония) и др.

В 1887 г. Военное ведомство выдало Тюрпену на мелинит трехлетнюю привилегию (патент) со стандартной оговоркой, что эта привилегия не стесняет российское Военное ведомство в применении изобретения для своих потребностей. Однако в 1887–1888 гг. Артиллерийский комитет ГАУ скептически относился к возможностям нового ВВ.

С конца лета 1889 г. мелинитом стал заниматься штабс-капитан С. В. Панпушко. В основном его работа была направлена на выработку бронебойного снаряда для 6-дюймовой пушки образца 1877 г. весом в 190 пудов. В 1891 г. он начал заниматься фугасным снарядом для 42-линейной пушки. Гибель Панпушко при взрыве 28 ноября 1891 г. прервала работы да конца апреля 1892 г., когда на его место был назначен штабс-капитан П. О. Гельфрейх.

Гельфрейх решил вместо 6-дюймового снаряда заняться 87-мм снарядом для легких полевых пушек. В сентябре-декабре 1892 г. была испытана стрельбой первая партия из 50 снарядов, снаряженных по способу Гельфрейха, с 12 июня до 27 июля 1892 г. — вторая партия из 270 снарядов.

Первоначально мелинит импортировался из Франции. Но в 1895 г. на Охте в Петербурге был построен специальный Мелинитовый завод производительностью до 10 тыс. пудов (163,8 т) в год. В следующем году он начал выдавать продукцию.

21 января 1895 г. последовало Высочайшее повеление о введении в крепостной и осадной артиллерии и для 6-дюймовых полевых мортир мелинитовых снарядов. Первые партии 6-дюймовых мелинитовых бомб общим количеством 5699 штук были снаряжены в мелинитовом отделе Охтинских заводов в 1897 г.

На 1898 г. в наряд заводу было дано снаряжение 11-дюймовых бомб. В отличие от 6-дюймовых снарядов, где мелинит под давлением заливался непосредственно в полость снаряда, для 9-дюймовых и 11-дюймовых бомб применялось футлярное заряжание, то есть мелинит заливался в латунный футляр, который затем вставлялся в снаряд.

18 августа 1901 г. во время приемных испытаний партии 11-дюймовых палубобойных бомб на Главном артиллерийском полигоне взорвалась мортира. Дальнейшие испытания 9-дюймовых и 11-дюймовых бомб были немедленно прекращены, мелинит в этих снарядах временно заменен пироксилином, футлярное заряжание в феврале 1902 г. отменено, около 7 тысяч имевшихся футляров распилены, а мелинит из них после очистки направлен на снаряжение 6-дюймовых бомб.

Поскольку на заводе имелся значительный запас мелинита (около 12 тыс. пудов, плюс 5 тыс. пудов получили от разрядки футляров), в 1902–1903 гг. мелинит не производился.

Таким образом, до русско-японской войны на вооружение поступали только 6-дюймовые мелинитовые снаряды. Первая партия в 10 тыс. штук была отправлена в войска в 1899 г. и распределилась между осадными парками и крепостями на заладной границе. Первыми прибыли 600 бомб в Брест-Литовскую крепость в ноябре 1899 г. В дальнейшем 6-дюймовые бомбы направлялись в подавляющем большинстве именно в крепости Варшавского и Виленского округов. С 1901 г. началось снабжение Владивостока и Порт-Артура, с 1903 г. — Киевского и Кавказского военных округов, с декабря 1904 г. крепостей на Черном и Балтийском морях, с 1908 г. — укреплений в Туркестанском военном округе.

С 1902 г. наряду с мортирными бомбами в крепости и осадные парки поступают 6-дюймовые бомбы, снаряженные мелинитом, для пушек образца 1877 г. в 120 пудов, которые с 1904 г. признаются годными, и для пушек в 190 пудов.

Рассказ об осаде Порт-Артура выходит за рамки нашего рассказа, а интересующихся я отправляю к моим книгам «Русско-японские войны 1904–1945» (Минск, Харвест, 2003) я «Падение Порт-Артура» (М.: ACT; Ермак, 2003). Замечу лишь, что к началу войны в Порт-Артуре имелось примерно 3100 мелинитовых снарядов и 3150 пироксилиновых снарядов. Причем до начала войны ими на Дальнем Востоке не было произведено ни одной учебной стрельбы. Таким образом, боевые стрельбы начались раньше учебных.

Зато японцы широко использовали шимозу для снаряжения снарядов почти всех типов орудий полевой, осадной и морской артиллерии.

Несколько слов скажу о применении снарядов с мощным ВВ в русско-японской войне. 8-дюймовые легкие мортиры с пироксилиновыми бомбами в составе осадных парков находились на позициях, но в бою не участвовали. В Порт-Артуре 9- и 11-дюймовые пироксилиновые снаряды применялись ограниченно. Офицеры крепостной артиллерии высказывались о них противоречиво, отмечая и эффективное действие, и неразрывы. Причину неразрывов усматривали в том, что прочные палубобойные бомбы при стрельбе по наземным целям, естественно, зарывались в грунт и не всегда детонировали.

6-дюймовые мелинитовые бомбы успешно использовались при обороне Порт-Артура. Вернувшийся из плена помощник командира Квантунской крепостной артиллерии по технической части подполковник Л. Н. Гобято представил просто восторженный отзыв об их действии. Преждевременных разрывов не было, отказов в действии Гобято не наблюдал, удачна выпущенный снаряд разрушал постройку или обращал в бегство японскую пехоту. Поэтому их весьма берегли, пользовались только в тяжелую минуту и к концу осады полностью расстреляли. По мнению Гобято, наши снаряды были эффективнее 120-мм и 150-мм японских «шимоз». Аналогичный отзыв дал полковник Стольников, командовавший артиллерией на нравом фланге обороны.

Такие же 6-дюймовые бомбы использовались в боевых действиях под Сандепу и Мукденом, где на позициях за отсутствием гаубиц была осадная артиллерия. По сообщениям восточно-сибирских осадных полков они давали прекрасное разрушительное действие. Как заявил начальник осадной артиллерии при маньчжурских армиях генерал-майор Н. И. Холодовский, было израсходовано всего несколько сотен пушечных и мортирных мелинитовых снарядов.

Комиссия по применению взрывчатых веществ к снаряжению (КПВВ, организационно входила в состав ГАУ) в феврале 1907 г. решила проверить все пироксилиновые боеприпасы и признала необходимым в перспективе заменить пироксилин другим ВВ, например тротилом. На начало 1907 г. в крепостях и осадных полках состояло 48 908 пироксилиновых зарядов, поэтому работы по их проверке и браковке требовали нескольких лет. Пробные выстрелы окончились в ряде случаев разрывами орудий.

В 1908 г. было отменено снаряжение пироксилином бронебойных снарядов, а в 1909 г. особая комиссия из чинов КПВВ Охтинского завода взрывчатых веществ[46] признала его окончательно устаревшим и высказалась за полное переснаряжение пироксилиновых бомб тротилом. В войсках тогда состояло 67 685 бомб, а, учитывая запасы, находившиеся на заводах и складах, в наличии имелось 90 тыс. зарядов.

Артиллерийский комитет ГАУ санкционировал переснаряжение. Однако генерал-инспектор артиллерии великий князь Сергей Михайлович отказался это делать, утверждая, что якобы только на изготовление тротила уйдет 2,5 млн. руб. Замечу, что это сравнительно небольшая сумма для Военного ведомства. Драгоценности Матильды Кшесинской, купленные у нее в 1917 г. Кредитным банком по крайне низкой цене (в связи с революцией), стоили 2 млн. рублей, дворец, построенный ею в 1907–1908 гг., стоил гораздо дороже.

В общем, денег на новые снаряды не нашлось, и в 1910 г.: великий князь Сергей Михайлович решил, что «снаряды к устаревшим артиллерийским системам останутся в боекомплектах вплоть до снятия с вооружения самих орудий».

Забегая вперед, скажу, что к августу 1914 г. в Российской армии новых пушек калибра свыше 107 мм (42-линейных) не было, равно как не было новых мортир и гаубиц калибра свыше 152 мм (6 дюймов).

Сергей и руководство Военного ведомства, не желая переснаряжать снаряды с пироксилина тротилом, потихоньку приказали возобновить производство… пироксилина, чтобы заменить в снарядах старый пироксилин на новый.

На всякий случай великий князь Сергей запретил использовать на учениях снаряды с пироксилином и мелинитом как бы чего не вышло… Мало того, категорически было запрещено стрелять на учениях полным зарядом. Формально?— чтобы уменьшить износ каналов орудия, а фактически затем, чтобы скрыть огромные хищения в Военном ведомстве.

Великие и малые воры как можно выгадывали на производстве орудий, о чем речь пойдет ниже. Не менее большие суммы им приносило и производство снарядов?— их продолжали делать из обыкновенного чугуна вместо стали. До середине 1880-х годов с этим можно было как-то мириться. Чугун существенно дешевле стали, но в чугунном снаряде взрывчатого вещества помещалось в полтора-два раза меньше, чем в стальном аналоге. Пока снаряды снаряжались черным порохом, принципиального значения это не имело, а вот фугасное действие снарядов с новым ВВ значительно уменьшалось. И наконец, к концу XIX века улучшилась баллистика пушек, и снаряды их имели начальную скорость 600–850 м/с. Учебные стрельбы из них до русско-японской войны велись практическими (то есть половинными) зарядами. Но вот при первых же боевых стрельбах на полных зарядах чугунные снаряды раскалывались сразу же при вылете, у дульного среза, а что еще хуже, в канале ствола.

После окончания русско-японской войны первые практические стрельбы (без санкции столичного начальства) провел в октябре 1905 г. Восточно-Сибирский осадный полк по одному из фортов Харбина. Пироксилиновые 8-дюймовые снаряды продемонстрировали слабое фугасное действие, а при стрельбе мелинитовыми снарядами разорвалась пушка.

В 1905–1914 гг. в Арткоме ГАУ царил бардак. Там официально отказались от пироксилина и мелинита, но продолжали потихоньку их производить малыми партиями. Так, в 1902–1910 гг. Охтинский завод произвел 130 515 мелинитовых боевых частей к 152-мм (6-дюймовым) пушечным и мортирным снарядам.

Что же касается тротила, то и Сергей Михайлович, и все генералы формально были «за», но одновременно всячески саботировали его производство.

Тротил (тринитротолуол) был впервые получен немецкие химиком Вильбрандом. Опыты с ним в течение 1890-х годов велись во Франции и особенно в Германии, где он был принят на вооружение для снарядов малых калибров в 1902 г. В 1905 г. немецкий инженер Г. Каст разработал способ снаряжения им снарядов крупных калибров.

27 марта 1906 г. КПВВ впервые посвятила тротилу специальное заседание, где отметила, что опытные исследования с ним начаты более года назад, и решила, что тротил заслуживает большего внимания, а поэтому следует закупить его за границей в значительных количествах. Скоро в распоряжение комиссии было доставлено 10 кг тротила, с которым начал работу штабс-капитан А. А. Дзержкович. 8 мая 1906 г. КПВВ рассмотрела доклад Дзержковича и постановила купить 4 тыс. кг тротила для опыта снаряжения большого количества снарядов. В августе 4 т тротила купили у германской фирмы «Карбонит».

Новые сведения о тротиле в июне 1906 г. привез из командировки штабс-капитан В. И. Рдултовский, затем полковник Сапожников.

Опытное снаряжение тротилом КПВВ решила начать с 6-дюймовых снарядов для пушек в 200 пудов, к которым уже давно проектировался мелинитовый снаряд, но принять его не решались, опасаясь преждевременных разрывов из-за большой начальной скорости стрельбы этой пушки.

В январе-феврале 1908 г. успешно прошли испытания 6-дюймовых бомб, снаряженных тротилом. И 19 марта 1908 г. КПВВ приняла тротил для валового снаряжения снарядов взамен мелинита. Решение было утверждено генерал-инспектором артиллерии и без дополнительных разбирательств принято Арткомом. Данное решение распространялось на снаряды, снаряжавшиеся мелинитом, то есть 3-дюймовый, 3,42-дюймовые, 48-линейные и 6-дюймовые. 22 ноября 1908 г. была Высочайше утверждена 3-дюймовая граната для полевых и горных пушек, а 4 декабря утверждена 48-линейная гаубичная бомба.

Весь тротил для опытных снарядов был заказан Военным ведомством в 1906–1908 гг. у германской фирмы «Карбонит» в количестве 19,5 т. Морское ведомство вело параллельные опыты по снаряжению бомб тротилом и закупило у «Карбонита» 76 т тротила.

В начале 1908 г. началось переустройство Охтинского завода взрывчатых веществ. Необходимые для этого суммы (по приблизительному расчету 102 400 руб.) выделили за счет полного прекращения закупок фенола (сырья для производства мелинита) и уменьшения производства самого мелинита. В феврале 1909 г. Охтинский завод ВВ начал валовое производство отечественного тротила по 7 пудов в день и за год изготовил 2414 пудов (39,5 т).

20 апреля 1909 г. генерал-инспектор артиллерии великий князь Сергей и начальник ГАУ утвердили журнал КПВВ о введении тротила для 10-дюймовых фугасных бомб к береговым пушкам. Затем постепенно было разработано снаряжение боеприпасов других калибров. За 1910 г. (первый год валового снаряжения снарядов тротилом) на Охтинском заводе взрывчатых веществ было снаряжено около 58 тыс. тротиловых бомб и гранат к десяти системам от 3-дюймовых до 11-дюймовых и около 54 тыс. мелинитовых снарядов. В гранатах к долевым 3-дюймовым пушкам превалировал еще мелинит?— 47 340 мелинитовых гранат против 6730 тротиловых.

В 1912 г. вступил в строй второй в России казенный завод взрывчатых веществ?— Сергиевско-Самарский, который строился как чисто тротиловый. Завод получил на этот год наряд в 7,5 тыс. пудов тротила, но из-за отсутствия оборудования не смог изготовить его в окончательном виде (рафинированным), гранаты же снаряжал тротилом Шлиссельбургского частного завода.

С 1910 г. до начала Первой мировой войны (на 11 июля 1914 г.) Охтинский завод снарядил 709 289 бомб и гранат калибра от 3-х до 12 дюймов. Сергиевско-Самарский завод с 1912 г. по 1 марта 1914 г. снарядил 431 805 снарядов калибра от 3 дюймов до 48 линий.

Увы, это была «капля в море». Причем из приведенного числа снарядов более 90 % приходилось на малые калибры орудий (менее 152 мм).

Кратко рассмотрев историю создания новых взрывчатых веществ, вернемся к русским крепостям. Руководство Военного ведомства и ГВИУ сравнительно быстро отреагировало на появление новых фугасных снарядов. Первые опыты с фугасными бомбами в России были произведены в 1889 г. в Николаеве. Здесь еще во время Крымской войны была построена батарея, защищавшая вход в Днепро-Бугский лиман. В ней имелись казематы с известняковыми сводами, которые были усилены бетоном с прослойкой из песка. Но бетон был набит всего за 17 дней до начала опытов, а известняк был плохого качества. Кроме того, и сами испытания проводились «при больших несовершенствах по артиллерийской части», что не позволило комиссии по испытаниям сделать какие либо определенные выводы.

В 1890 г. были начаты испытания бетонных фортификационных сооружений в Кронштадте, которые затянулись на 5 лет. На западной оконечности острова Котлин была возведена специальная опытная постройка, состоявшая из нескольких казематов с разнообразными покрытиями из бетона различного состава, бетонной платформы с таким же бруствером, железного траверса, наблюдательных металлических башенок, кирпичного контрэскарпа с двухъярусными сводами и др. Стрельба велась из 9-дюймовых мортир удлиненными (4–5 клб) пироксилиновыми снарядами. Одну из 9-дюймовых мортир при этом разорвало.

Сильное воздействие осколков и ударной волны на амбразурные, оконные и дверные проемы побудило испытать в том же году различные способы их защиты металлическими ставнями и дверьми, изготовленными на Кронштадтском морском заводе.

В 1891 г. испытывались также открытые бетонные сооружения. Для этого построили из бетона особый капонир и наблюдательную башню круглого сечения, в которой размещалась скрывающаяся броневая башня. Одновременно испытывались металлические решетки, снарядные ящики, электрическое освещение в казематах от аккумуляторных батарей и другие устройства. Стрельба велась 6-дюймовыми и 8-дюймовыми пушками и 9-дюймовыми мортирами с дистанции 1–5 км.

В 1892 г. опытные стрельбы велись с целью испытания усовершенствованных и усиленных казематов, а также эффективности защитного действия отмосток на фундаментах сооружений.

В 1893 г. начались стрельбы из 11-дюймовых мортир. В конце концов, специальная комиссия пришла к заключению, что для защиты от фугасных бомб при толщине кирпичных сводов 1 м надо укладывать 1,2 м бетона с метровой песчаной прослойкой между ними и сверху засыпать его грунтом слоем 50 см. Однако такая конструкция обеспечивала защиту лишь от 9-дюймовых бомб.

Новые фортификационные сооружения нужно было строить из бетона и железобетона, избегая резко очерченных краев бетона и выполняя переходы в виде закруглений.

Член комиссии профессор А. Ф. Плюцинский определил зависимость толщины бетонных конструкций от величины слоя насыпанного на них грунта. Так, при слое грунта до 1,2 м толщина сводчатого бетонного покрытия должна составлять от 1,5 до 2,4 м. При защите слоем грунта от 1,2 до 3,7 м толщина бетона в своде принимается от 2,4 до 3 м. Происходит сложение сил, действующих на бетонный свод. К разрывному действию снаряда добавляется вес обсыпки. Но при увеличении сверх 3,7 м слоя грунта последний начинает гасить разрушительную силу снаряда, и толщина бетонного свода уменьшается. Когда обсыпка достигает 7,3 м (глубина воронки от 9-дюймового фугасного снаряда), толщина бетонного свода составляет всего 1,2 м.

В ходе испытаний также определили, что толщина опорных стен казематов со сводчатым покрытием должна приниматься такой же, как и сводов.

Плоские покрытия при пролете 2,7 м рекомендуется выполнять из трех рядов металлических балок, уложенных накрест и залитых слоем бетона. Общая толщина конструкции 1,2 м.

Ставни окон и дверей должны изготовляться из металла толщиной не менее 19 мм.

Возникает вопрос?— а что же было сделано по результатам этих опытов? Увы, очень мало. Был построен ряд бетонных построек в западных крепостях. В 1883–1907 гг. появилось всего три новых образца крепостных и осадных орудий. Это 8-дюймовая легкая пушка, 8-дюймовая легкая мортира и б-дюймовая в 200 пудов (образца 1904 г.) пушка. Замечу, что все три образца по своей конструкции фактически не отличались от орудий образца 1877 г. — 6-дюймовой пушек в 120 и в 190 пудов. Те же стволы с цапфами, жесткие лафеты, деревянные колеса. Стрельба могла вестись только с платформ (деревянных или бетонных) (Сх. 40).

Схема 40. 8-дм легкая мортира

Легкими 8-дюймовые пушки и мортиры были названы из-за предельно облегченного ствола системы. Так, ствол пушки длиной в 17 клб весил 3112 кг, ствол мортиры длиной в 7 клб весил 1147 кг. Вес их лафетов в боевом положении (без платформ) составляла 4832 кг и 2654 кг соответственно. Основным назначением этих орудий была стрельба стальной фугасной пироксилиновой бомбой длиной 4,5 клб (то есть почти в два раза больше, чем у орудий образца 1867 г. и первых орудий образца 1877 г.). Вес бомбы 98,4 кг, из которых 20,5 кг приходилось на пироксилин.

Понятно, что за короткий и легкий ствол пришлось заплатить баллистикой. У 8-дюймовой легкой пушки при начальной скорости 257 м/с дальность стрельбы составляла 5548 м при угле 40°, а у мортиры при стрельбе той же бомбой?— соответственно 197 м/с и 3233 м.

Таким образом, дальность стрельбы у 8-дюймовой крепостной и осадной пушки была меньше, чем у полевой пушки образца 1900 г. и ее западных аналогов, а про мортиру и говорить нечего.

Естественно, что из-за такой малой дальности стрельбы от них было мало проку как в осадной, так в крепостной артиллерии. Правда, они могли сыграть важную роль в одной операции… Но о ней мы поговорим в разделе «Тайна особого запаса».

8-дюймовая легкая пушка со снарядами введена в крепостную и осадную артиллерию приказом по артиллерии № 177 от 11 декабря 1892 г. (приказ по Военному ведомству от 7 ноября 1892 г.). В 1896 г. Обуховскому заводу было заказано двенадцать 8-дюймовых легких пушек, которые были окончательно сданы в феврале 1900 г. С 1899 г. по 1903 г. Пермскому заводу заказали 44 пушки, из которых последние 7 были сданы в 1906 г.

Производство 8-дюймовых легких мортир также велось на Пермском заводе. Первый заказ был дан на 1889 г. Всего завод изготовил 64 мортиры, причем 3 последние были сданы в 1904 г.

Возможно, цифры сии кому-то покажутся скучными. Но тут вопиет простая арифметика. 8-дюймовые пушки спроектированы в 1885 г., а первые серийные пушки сдаются лишь через 15 лет, а последние через 21 год! Еще в 1885 г. можно было спорить о боевой эффективности 8-дюймовой пушки, но в 1906 г. она годилась лишь на переплавку или в музей.

Еще более анекдотична история с 6-дюймовой пушкой в 200 пудов. Проектирование ее было начато в связи с тем, что. конструкция ствола 6-дюймовой пушки в 190 пудов не позволяла увеличить начальную скорость снаряда при переходе на бездымный порох.

В конце 1895 г. Обуховскому заводу был дан заказ на опытный образец 6-дюймовой длинной пушки (так первоначально называлась 6-дюймовая пушка в 200 пудов). Лишь в 1899 г. начались ее испытания на Главном артиллерийском полигоне. 19 декабря 1904 г. приказом по артиллерии за № 190 в осадную и крепостную артиллерию была введена 6-дюймовая пушка в 200 пудов с ее лафетом, согласно Высочайшему повелению от 3 ноября 1904 г.

Итак, первые серийные 6-дюймовые пушки были сданы через 12 лет (!) после начала проектирования, когда они безнадежно устарели. Строго говоря, безнадежно устарела система заряжания, что давало малую скорострельность, а также лафет времен царя Гороха. Что же касается баллистики, то она не уступала 152-мм гаубице-пушке МЛ-20 образца 1937 г. А к 22 июня 1941 г. из новейших 152-мм орудий лучшую баллистику по сравнению с пушками 1904 г. имела лишь 152-мм пушка Бр-2, которых в частях имелось не более 40 единиц. Поэтому до середины 30-х годов XX века были сделаны десятки попыток модернизации лафета 6-дюймовой пушки образца 1904 г., но, увы, дело не пошло далее создания опытных образцов.

Во все времена в крепостной артиллерии уделялось особое внимание противоштурмовым орудиям, основной задачей которых было встретить штурмовые колонны противника картечным, а позже?— шрапнельным огнем.

В русских крепостях в 60-х?— 90-х годах XIX века в качестве противоштурмовых орудий использовались каронады всех калибров и 1/2-пудовые единороги, в боекомплекте которых осталась только картечь. Каронады стояли на «родных» станках, а единороги постепенно переводили на железные лафеты Венгловского или Насветевича. Постепенно гладкоствольные противоштурмовые орудия заменялись 4-фунтовыми и 9-фунтовыми полевыми пушками образца 1867 г., которые поначалу стояли на «родных» колесных полевых лафетах, а позже постепенно были переведены на крепостные станки Насветевича. Полевые орудия на лафетах Насветевича устанавливались как за земляными брустверами, так и в казематах. Часть 4-фунтовых и 9-фунтовых пушек была попросту заделана наглухо в стенки казематов и не имела приводов наведения, то есть эти пушки могли поражать строго определенное пространство впереди себя.

14 декабря 1895 г. приказом по артиллерии № 223 был введен в сухопутные крепости для обороны рвов лафет на тумбе для полевых орудий (легкой, конной и батарейной пушек). Лафет был спроектирован известным русским артиллеристом генерал-майором Р. А. Дурляхером (Сх. 41).

Схема 41. Легкая полевая пушка с поршневым затвором на казематном станке Дурляхера

В июне 1898 г. заводу Нобеля выдали заказ?— 66 лафетов Дурляхера. Санкт-Петербургский арсенал также серийно изготавливал эти лафеты.

На Главном артиллерийском полигоне в 1903–1904 гг. из 3-дюймовой пушки образца 1900 г., наложенной на лафет на тумбе, произведено 77 выстрелов. Полученные лафетом повреждения исправлены Санкт-Петербургским арсеналом. Артиллерийский комитет пока решил результаты испытаний «принять к сведению».

Тем не менее к началу войны несколько 3-дюймовые пушек образца 1900 г.[47] были поставлены на тумбовые лафеты Дурляхера. Причем тумбовыми часто называли капонирные лафеты Дурляхера для 3-дюймовых пушек образца 1900 г., имевших две станины по типу крепостных лафетов (Сх. 42).

Схема 42. Капонирный лафет Дурляхера для 3-дм пушек обр. 1900 г. Рис. В. В. Ивашкевича

Замечу, что в 1915 г. прибалтийский немец Дурляхер с «высочайшего разрешения» поменял свою фамилию на Дурляхов, благодаря чему среди артиллеристов пошли анекдоты о том, «как Дурляхер потерял свой хер».

Еще в конце 90-х годов Артком ГАУ решил ввести на вооружение крепостей специальные капонирные 57-мм пушки, точнее, комплексы капонир-пушка. 5 февраля 1892 г. 57-мм пушки Норденфельда согласно императорскому повелению были введены в крепостную артиллерию. На февраль 1913 г. на вооружении крепостей было положено иметь 1066 57-мм капонирных пушек, а состояло 570. На 1915 г. в пяти европейских крепостях было 311 57-мм капонирных пушек.

57-мм капонирная пушка Норденфельда была безоткатной, но не в современном понимании, а с абсолютно жестким станком. Сделано это было для того, чтобы увеличить скорострельность и уменьшить размер капонира. В боекомплект пушки входили чугунная граната весом 2,73 кг, снаряженная 75 г артиллерийского пороха; шрапнель того же веса с 8-се-кундной трубкой, содержавшая 59–65 пуль диаметром 13 мм; и картечь весом 3,7 кг, содержавшая 196 пуль. Это было первое в отечественной крепостной артиллерии орудие, стрелявшее унитарным выстрелом (Сх. 43).

Схема 43. 57-мм пушка Норденфельда в капонире

Любопытно, что Артиллерийский комитет в 1892 г. решил, что для 57-мм капонирной пушки Таблицы стрельбы вообще не нужны, мол, палите «на глаз». Тем не менее опытным путем установили, что дальность стрельбы шрапнелью при установке трубки на 8 секунд?— 900 м.

На базе 57-мм капонирной пушки в конце 90-х годов XIX века Артком ГАУ решил создать противоштурмовое орудне?— возимую броневую башню. Такая башня во время бомбардировки крепости вражеской артиллерией должна была находиться в специальном бетонном бункере с толстыми сводами. А когда супостат пойдет на приступ, эту башню вместе с пушкой выкатывали из убежища и перемещали на заранее подготовленное место, чаще всего в бетонную нишу, и оттуда пушка открывала огонь.

В 1902–1904 гг. были проведены испытания возкой по крепостной железной дороге подвижной башни для 57-мм капонирной пушки. Башню с трудом везли 1 лошадь и 20 нижних чинов, катки ее часто сходили с рельсов. По проекту башня должна стрелять с рельсов при применении подкладок. Санкт-Петербургский арсенал должен был сделать к башне новые катки. Башню в арсенал хотели перевезти на осадных колесах.

В апреле 1908 г. Главный артиллерийский полигон предоставил результаты испытаний башенной установки 57-мм капонирной пушки возкой по мостовой и по 75-см железнодорожному пути. По мостовой возка девятью лошадями удовлетворительна. По 75-см железнодорожному пути по прямому направлению требовалось 8 нижних чинов, а на закруглениях приходилось добавлять еще четверых. Схода с рельсов не было. Испытания решено продолжить.

Надо ли говорить, что идея возимой броневой башни была убогая, и на вооружение крепостей эта система так и не поступила.

Объем работы не позволяет останавливаться на финансовой стороне вооружения крепостей. Поэтому я ограничусь таблицей, из которой читатель может узнать об абсолютной и относительной стоимости крепостных орудий.

Таблица 5. Стоимость орудий крепостной артиллерии (руб.)

В западных европейских странах еще в начале 60-х годов XIX века получила распространение установка орудийных бащен в сухопутных крепостях. Первая такая башня была установлена генералом Бриальмоном в 1863 г. на форту № 3 крепости Антверпен (Бельгия). Постепенно башенные установки появились в Англии, Германии, Италии, Румынии, Дании, Североамериканских Штатах, Японии и др.

К 1908 г. заводы Круппа и Грюзона (Германия) изготовили 1903 башни со средним весом 43 т; завод Шкода (Австрия)?— 485 башен со средним весом 45 т; бельгийский завод Коккериль изготовил около 400 башен; французский завод Сен-Шамон?— около 100; шведский завод Бофорс?— 96 башен и т. д.

К этому времени броневых башен не было в России. Другой вопрос, что в Арткоме ГАУ, в ГВИУ, в руководстве Военного ведомства с начала 70-х годов XIX века шли бесконечные дебаты о целесообразности установки броневых башен в наших крепостях. Были исписаны горы служебных бумаг и статей в Артиллерийском журнале. Но практически так ничего и не было сделано.

В конце концов, в 1909–1910 гг. по сему вопросу было созвано «Особое совещание» под председательством великого князя Сергея Михайловича в составе военного министра, представителей ГАУ, ГВИУ, Генштаба и т. д. На совещании надумали провести грандиозные опыты с броневой башней, а за-одпо проверить действие новых орудий и снарядов по железобетонным фортификационным конструкциям. Первоначальная смета на это представление была определена в размере 1 513 000 руб. Местом испытания определили остров Березань близ береговой крепости Очаков.

Специально для этих опытов во Франции заказали:

— скрывающиеся броневые башни для двух 75-мм проти-воштурмовых орудий завода Сен-Шамон;

— броневую башню для 150-мм гаубицы Шнейдера;

— 280-мм осадную мортиру завода Шнейдера.

В Бельгии заказали броневую башню для двух 155-мм пушек завода Коккериль.

280-мм мортира была закуплена для обстрела этих башен и других бетонных сооружений на о. Березань. Кроме того, в обстреле должны были участвовать б-дюймовая пушка образца 1904 г., 6-дюймовая и 48-линейная (122-мм) гаубицы образца 1909 г., а с близкой дистанции?— 3-дюймовые пушки образца 1902 г.

Вся эта матчасть была своевременно доставлена на о. Березань, за исключением башни со 150-мм гаубицей завода Шнейдер. Стрельбы на о. Березань велись с 10 сентября по 10 октября 1912 г.

По результатам обстрелов конструкция башни завода Кок-кериль была признана неудачной. Башни завода Сен-Шамон оказались лучше, но все же требовали немного доработки.

280-мм мортира Шнейдера стреляла с дистанции 4,2 км при угле возвышения 57° и угле падения снаряда около 60°. Стрельба велась бомбами весом 334 кг, содержавшими 33,4 кг тротила, и 292-кг бомбами, содержавшими 72,8 кг тротила.

Как сказано в отчете об опытах, фугасные бомбы 280-мм мортиры нанесли бетонным сооружениям тяжелые повреждения. Имели место сквозные пробои, отколы внутренних сторон сводов и т. д.

Главным результатом грандиозных Березаньских опытов стало издание роскошного совершенно секретного альбома?— отчета об оных опытах. Я его с большим интересом читал в «Ленинке», еще будучи студентом. Кроме этого было много заседаний, секретных журналов и т. д. Практически же к началу войны так ничего и не было сделано.

Но, как всегда бывает в России, не было бы счастья, да несчастье помогло. Как уже говорилось, башня завода Шнейдера со 150-мм гаубицей не поспела на Березань к началу испытаний. Но раз «за все уплачено», то после некоторых раздумий Артиллерийский комитет решил установить ее в крепости Осовец на Скобелевой горе. Монтаж башни в бетонном массиве был закончен к концу 1913 г. Толщина вертикальной брони башни составляла 280 мм, а сферической части?— 160 мм. В бетонном погребе помещалось 2000 выстрелов (Сх. 44).

Схема 44. Французская 150-мм башенная установка на Скобелевой горе. Крепость Осовец

Отношение русских правителей к броневым башням сухопутных крепостей было хорошо проиллюстрированного несколько лет назад на телевидении при показе документального фильма о Николае II. Там наш самодержец в 1915 г. осматривает трофейные орудия во взятой австрийской крепости Перемышль. Он с совершенно тупым выражением лица проходит мимо броневых башен и не задает ни одного вопроса. А ведь он впервые видит этот вид техники! Представьте на секунду реакцию «бомбардира Петра Михайлова» или «маленького капрала в треуголке»… А слащавый голос за кадром зачитывает письмо нашего верховного главнокомандующего жене: «В Перемышле я выкопал штыком красивый цветок и посылаю его тебе…» Какая прелесть!

В 1898 г. в Австрии на вооружение осадной и крепостной артиллерии была принята мортира М.98, стрелявшая 134-кг снарядами, содержавшими 20 кг ВВ, на дальность до 6,5 км. Замечу, что уже в 1909 г. для перевозки этих мортир в осадный полк были доставлены первые 39 колесных тягачей типа М.9.

В 1910 г. начались испытания 305-мм мортиры М.11 фирмы Шкода. Длина ее ствола 10 клб. Угол возвышения от 0° до +75°. Вес в походном положении 18,7 т. Вес фугасного снаряда 385,3 кг, из них на ВВ приходилось 38,3 кг. Дальность стрельбы 9,6 км.

Уже на этапе проектирования мортиры транспортировку ее планировалось осуществлять только с помощью механической тяги?— колесных тягачей М.12 фирмы «Diamber». Для транспортировки мортира разбиралась на 3 части, которые образовывали 3 повозки: ствольную, повозку-лафет и повозку с платформой основания.

К августу 1914 г. в австрийской армии было 24 305-мм мортиры М. 11, и за годы войны выпустили 44 такие мортиры.

В 1910 г. была испытана 420-мм мобильная береговая гаубицы фирмы Шкода. Она стреляла снарядами весом в 1 тонну на дальность 12,7 км. В том же году было заказано еще 7 таких систем. На Восточном фронте эти 420-мм гаубицы использовались с января 1915 г.

В Германии в 1910 г. была принята на вооружение 21-см (211-мм) «длинная» мортира L/14. Вес ее в боевом положении 7380 кг. Мортира могла вести огонь без платформы, для этого лишь нужно было надеть на ее колеса специальные «башмачные пояса» (на что уходило 15–20 минут). Транспортировалась мортира обычно на двух повозках, но практиковалась и нераздельная возка. Тяга конная или тягачом. Мортира стреляла фугасным снарядом весом 120 кг на дальность 10,2 км.

К 1914 г. Германия была единственной страной в мире, имевшей на вооружении минометы. Здесь я упомяну лишь о 17-см среднем образца 1913 и 25-см тяжелом образца 1910 минометах фирмы Эрхардта (Рейнский завод). Схема и внешний вид обоих минометов были одинаковы.

Миномет был создан по глухой схеме. Стрельба велась снарядами, имевшими готовые выступы. Ствол миномета представлял собой трубу-моноблок, наглухо закрытую с казенной части. В донной части канал заканчивался каморой для помещения заряда. В канале ствола были сделаны три нареза глубиной около 3 мм. Заряжание производилось с дула. Первоначально в канал досылался картузный заряд, а затем ввинчивался в нарезы ствола снаряд с готовыми выступами.

Минометы, подобно классическим орудиям, были снабжены противооткатными системами. Боевой вес 17-см миномета составлял 525 кг, а 25-см?— 660 кг. В походном положевии минометы весили 819 кг и 955 кг соответственно и легко перевозились парой лошадей. 17-см миномет стрелял 54-кг снарядом на дальность 768 м, а 25-см миномет?— 97-кг снарядом на 563 м.

Для обстрела вражеских крепостей в 1914–1915 гг. применялось несколько типов 28-см и 30,5-см береговых мортир. До начала войны фирма Круппа изготовила для германской армии пять 42-см мортир L/16, в 1914–1916 гг. было изготовлено еще 5 мортир. Вес установки в боевом положении 105 т, плюс 45 т весило основание. Перевозилась мортира только по железной дороге. Мортира стреляла снарядом весом в 800 кг на дальность до 14,1 км. Замечу, что одна из этих мортир в 1942 г. обстреливала Севастополь, а в 1944 г. — Варшаву.

Еще одна 42-см мортира «М» была создана фирмой Круппа в 1912 г. Эта мортира была сушественно легче. Ее вес в боевом положении составлял 33,2 т, вес основания 8,5 т. В походном положении мортира перевозилась на трех повозках, еще на одной повозке перевозилось основание. Мортира стреляла фугасным снарядом весом 810 кг на дальность до 9,3 км.

Как показали березаньские опыты, укрепления наших крепостей не выдерживали и 280-мм фугасных снарядов, а им предстояло оказаться под огнем 420-мм мортир Круппа и Шкоды.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Глава 11. Суд

Из книги Чернобыль. Как это было автора Дятлов Анатолий Степанович

Глава 11. Суд Суд как суд. Обычный советский. Всё было предрешено заранее. После двух заседаний в июне 1986 г. МВТС под председательством академика А. П. Александрова, где доминировали работники Министерства среднего машиностроения — авторы проекта реактора, была объявлена


8.1. Всемирный форум и первая глобальная революция

Из книги Фактор четыре. Затрат — половина, отдача — двойная автора Вайцзеккер Эрнст Ульрих фон

8.1. Всемирный форум и первая глобальная революция Всемирный форум в июне 1992 г. в Рио-де-Жанейро официально именовался Конференцией ООН по окружающей среде и развитию (КОСР). Это самая знаменательная встреча глав государств и правительств в истории человечества. В работе


Первая глобальная революция

Из книги Феномен науки [Кибернетический подход к эволюции] автора Турчин Валентин Фёдорович

Первая глобальная революция Всемирный форум и происходившие на нем дебаты вокруг устойчивости показали миру, что возможности отделить окружающую среду и развитие друг от друга больше не существует. Римский клуб в первом докладе Клуба (после двадцати с лишним докладов


5.7. Неолитическая революция

Из книги Танк против танка автора Максей Кеннет

5.7. Неолитическая революция В отличие от палеолитических культур неолитические культуры (известные как по археологическим, так и по этнографическим данным) отличаются большим разнообразием, специфичностью и локальностью. По технике производства орудий неолит


Основные черты современной фортификации

Из книги "Броненосец "Император" Александр II" автора Арбузов Владимир Васильевич

Основные черты современной фортификации …И в военном искусстве нельзя старыми средствами достигнуть новых результатов. Ф. ЭНГЕЛЬС Появление ядерного и ракетного оружия и его влияние на развитие фортификацииВзрывы американских атомных бомб над японскими городами


Новые проблемы и задачи фортификации и пути их решения

Из книги Что нас ждет, когда закончится нефть, изменится климат, и разразятся другие катастрофы автора Кунстлер Джеймс Говард

Новые проблемы и задачи фортификации и пути их решения Ракетно-ядерный век породил много проблем во всех отраслях военного искусства, в том числе в фортификации.Первой и наиболее важной проблемой является проб лема защиты войск и объектов тыла от средств поражения.


Средства и способы решения задач фортификации

Из книги Репортаж из XXI века автора Васильев Михаил Васильевич

Средства и способы решения задач фортификации КПСС будет прилагать все усилия к тому, чтобы Вооруженные Силы СССР находились на уровне, исключающем стратегическое превосходство сил империализма, чтобы всесторонне совершенствовалась обороноспособность Советского


17. Революция

Из книги Четыре жизни академика Берга автора Радунская Ирина Львовна

17. Революция Российская империя, надломленная войной с Японией, последовавшими затем по всей ее территории бунтами, все же устояла. Проведенные затем царским правительством косметические реформы и поданная свыше конституция не устранили противоречий в обществе и не


Глава 1

Из книги Назад в будущее автора Шайдуров Илья


Революция умственного труда началась

Из книги автора

Революция умственного труда началась Полтора столетия назад не было ни счетно-решающих машин, ни электроники— науки, из которой они развились. Была только мечта — создать механизм, способный выполнять ту работу, которую мог бы делать лишь один, но зато самый


Глава 6

Из книги автора

Глава 6 ВСТУПЛЕНИЕВ СУДЬБУШТУРМПеред боевым командиром, лишившимся возможности продолжать службу не только на подводных лодках, но и на надводных военных кораблях, было два проторенных пути. Первый — продолжать службу в штабах или управлениях. Второй путь —


Революция

Из книги автора

Революция До раздела золингеновскую фирму Eickhorn было трудно назвать неудачником на рынке штыков и тактических ножей. Основанное ещё в 1865 г. предприятие традиционно занимало ведущие позиции в изготовлении военного холодного оружия. В годы Второй мировой войны Eickhorn